В это время на лестнице появился Прыжков. Без шапки, в подбитом дорогим мехом кожаном пальто с воротником из нерпы, он поднимался в сопровождении своих музыкантов. Те шествовали, словно свита за королем. Он не сразу заметил Наташу, а увидев, смутился. Удивление, которое ясно читалось на его лице, на какое-то мгновение сменилось испугом, затем дежурной улыбкой.

— Привет! — с деланным радушием сказал он. — Какими судьбами в наши Палестины?

— Да вот, выступаю сегодня.

— В этом концерте?

— Да, а что тут удивительного? Или недостойна?

— Наоборот — давно пора. Я всегда это говорил.

Наташа торопливо познакомила певца с Андреем, представив как своего режиссера. Игорь отрешенно протянул ему руку. Чувствовалось, его что-то беспокоит. Прыжков не стал долго задерживаться в коридоре. Кивнул:

— Еще увидимся. Пойду переодеваться. — И, сопровождаемый Шифманом, ушел в гримуборную. Там, едва закрылась дверь, певец накинулся на него:

— Что тут забыла эта пермячка-соленые уши?

— Она выступает.

— Это ты ее пригласил?

— Конечно.

— А кто тебя просил? Что она поет?

— Она выходит с одной песней — «Серебряный полет».

— Ты с ума сошел! — завопил Прыжков. — Я и только я выступаю сегодня с «Серебряным полетом». Пускай поет что-нибудь другое.

Некоторое время Валерий Яковлевич растерянно хлопал глазами. Придя в себя, он сказал:

— Игорь, по-моему, это ты, а не я сошел с ума. С каких пор в твоем репертуаре появился «Серебряный полет»? Ты что-то путаешь.

— Представь себе, появился. И не тебе диктовать мой репертуар. Я на чесе проверил — идет на ура, зал балдеет. Будет хит из хитов. Просто конфетка.

— Откуда ты знаешь эту песню, я понимаю, — смиренно сказал Шифман. — Но ты договаривался с Козельской об исполнении? Она все-таки автор.

— Да какое ее собачье дело, — произнес Прыжков, снимая пальто. — Договаривался, не договаривался. Пою — и все. Пусть радуется.

Продюсер попытался его урезонить:

— Послушай, Игорь, нам такой черный пиар не нужен. Ты берешь песню без разрешения автора. Ты что — даже фамилию ее не объявишь?

— Почему не объявлю?! Конечно, назову автора. Только петь буду я. Иди и скажи ей об этом. Пусть поет что-нибудь другое.

— Козельская подготовила одну песню и три дня ее репетировала, с оркестром. Не может она петь другую.

— Чихать мне на твою сюси-пуси! Пусть вообще не выступает.

— Ты меня режешь без ножа! — застонал Валерий Яковлевич. — Мне ведь тоже нужно щегольнуть новь-ем. Я нашел штучный товар. Раздобыл такую певицу: выразительную, сексуальную, эксклюзивную…

— Короче говоря, — перебил его Прыжков, — если она вылезет с этим «Серебряным полетом», то я выступать не буду. Думай, выбирай.

Раскрасневшийся и вспотевший продюсер покорно вышел из артистической. В глубине души все кипело, он был готов растерзать этого Прыжкова. За время сотрудничества, то есть за два года, тот ему истрепал все нервы. Только привыкнет к одним его капризам, как появляются другие. Не случайно все коллеги его терпеть не могут. Есть какие-то группировки, кто-то с кем-то дружит. А этот хмырь всегда один, вокруг него пустыня. Да и кому нужен человек с таким говнистым характером! Скорей бы расплеваться с ним и уехать вообще отсюда. Пока же он вынужден улаживать дела этого вздорного самодура.

— Наташенька, можно вас на минутку? — позвал он стоявшую рядом с Андреем Козельскую и, когда та приблизилась к нему, трагическим тоном зашептал: — Наташенька, как это часто бывает, сегодня произошла очередная накладка. Оказывается, Игорь хотел подготовить вам приятный сюрприз и разучил вашу восхитительную песню «Серебряный полет». Как раз сегодня он собирается ее исполнить. Сами понимаете, дважды петь одну и ту же песню нельзя. Не тот случай…

— Что же теперь делать? — пролепетала Наташа, чувствуя, что вот-вот разревется.

— Ничего. Держать себя в руках, не преувеличивать масштабы трагедии. Вы делаете первые шаги в шоу-бизнесе и должны знать, что подобные накладки тут в порядке вещей. Не одно, так другое. Не понос, так золотуха. Ну, раз так получилось!.. — Валерий Яковлевич беспомощно развел руками, на его лице появилась привычная обезоруживающая улыбка. — Все-таки, как ни крути, у Игоря есть определенное имя. Если он откажется выступать, разразится страшный скандал, который отразится и на мне, и на вас. Прыж-кову он тоже навредит, но ведь этот психопат не думает о последствиях. А нам с вами подумать нужно. Игорь настолько злопамятный человек, что не успокоится, пока не угробит вас как артистку. Поэтому мой вам совет — не связывайтесь с ним, уступите. И обратно — по-своему, он даже бывает благодарным. Потом он устроит десять ваших выступлений, будет всячески рекламировать ваши песни. То есть в дальнейшем нынешний отказ может оказаться гораздо полезней выступления…