'Теперь самой придется искать, где купить 'мою маленькую радость'", - Раздраженно подумала она, выходя из квартиры.

11

Милана откровенно скучала на семейном ужине, устроенном матерью, в честь приезда дядьки отца, старого солдафона, который сильно раздражал Милу. Но остальные от него были в полном восторге, особенно Всеволод и Арсений, они чуть ли ни в рот заглядывали старому маразматику. Тимофеев Аркадий Борисович приходился родным дядей Тарасу, братом его покойного отца. Старый морской офицер, капитан первого ранга в отставке, имел цепкий взгляд, казалось, что он своими зелеными глазами заглядывает в самую душу человека. Всеволод ему понравился сразу, его и Арсения не иначе, как внучки, он не называл. Ярослава старик видел всего лишь раз и удостоил его только пренебрежительным -' мажорик,' а Милану куклой ряженой прозвал.

– Севка, ты чего в этой кукле нашел? Не пара она тебе, тебе такая баба нужна, чтобы и в огонь и в воду за тобой пошла. А наша стрекоза, случись что с тобой, сразу на другой причал упорхнет. И в кого только пошла?

– Ну что вы, Аркадий Борисович, Милана хорошая девушка.
– Обычно отвечал Сева, но в глубине души понимал, что старик прав и Милана не та женщина, которая ему нужна.

– Эх, Севка, Севка, до тридцати годов дожил, а ума так и не нажил.- Качал головой старый капитан.

Милана чувствовала, что не нравится старому хрычу, и платила ему той же монетой.

На ужин Милана одела ярко малиновые афгани с золотым поясом и золотистый топик. Свои короткие рыжие волосы уложила в классическом беспорядке. Вот уже четыре года она, не слушая уговоров матери, стригла их коротко. Почему? Ей и самой это трудно было объяснить, просто чувствовала, что длинные волосы это не нее.

Аркадий сразу, как увидел входящую Милу, начал хохотать.

– Папандопала, чистый Папандопала.- Смеялся он, показывая на нее пальцем - Милка, ты, что такую срамоту на себя натянула?

– Дядя, сейчас это модно, так почти вся молодежь одевается.
– Попыталась успокоить старика Галина.

– Ну и дуры, им чего платьев нормальных или юбок не хватает? Ладно, если штаны хотят носить, пусть носят, но зачем такое уродство одевать?

Всеволод и Арсений поддержали деда, тоже рассмеялись, не смотря на Милану, которая сначала побледнела, а потом и покраснела от злости.

От воспоминаний Милану отвлек звучный бас деда, он встал и, подняв бокал, сказал:

– Дорогие мои так получилось, что вы моя единственная семья, другой не нажил и ни детей, ни внуков кроме вас у меня нет. Я вас очень люблю и надеюсь, что и правнуков дождусь. Брат мой Богдан не дожил, так я за него правнучат понянькаю.

– Ну, с этим у нас проблемы.- Тарас посмотрел на детей осуждающим взглядом.
– От Арсения не дождешься, одна надежда на Милану и Всеволода.

– Мы с радостью.- Улыбнулся будущему тестю Сева, но улыбка получилась оскалом.

Милана смотря на него, поежилась от отвращения, этого никто не заметил, кроме Аркадия, который внимательно наблюдал за внучкой.

– Пап, какие дети? Мне всего двадцать два.- Милана капризно посмотрела на отца.

– Зато Всеволоду почти тридцать, ему уже пора детишками обзаводиться. Да и мать твоя, если мне не изменяет память, брата твоего в девятнадцать родила.
– Аркадий неприязненно посмотрел на внучку.

– Дед, ну ты и сравнил! Маму и меня, да мама типичная домохозяйка. Никакой карьеры только муж и дети.
– Милана рассмеялась.- Мамочка самая настоящая курица - наседка.

Галина, услышав ее смех, побледнела, вскочила со стула.- Я сейчас десерт принесу.- И выбежала из комнаты.

– Ну, что я вам говорила, типичная домохозяйка!

– Сейчас же извинись перед матерью.- Голос Всеволода звучал нарочито-спокойно.
– Твоя мать прекрасная женщина, и обладай ты хоть четвертью ее достоинств, я был бы самым счастливым мужем на свете.

– Доча, ты не права.- Тарас укоризненно посмотрел на Милу.

– Милка, ты за языком своим иногда следи.- Арсений зло сверкнул глазами.

Аркадий ничего не сказал, он просто выругался, как бывало на палубе корабля.

12

Мила вместе с Севой зашла в их квартиру, чувствуя его злость и напряжение. И злился он на нее, в последнее время она часто ловила на себе его задумчивый взгляд. Дата их свадьбы приближалась, но он никакого энтузиазма не показывал, свалив всю подготовку свадьбы на ее плечи.

Всеволод, молча, прошел в гостиную, сбросив пиджак и, ослабив галстук сел в кресло.

– Милана, что ты сегодня устроила за ужином? Почему обидела мать?

– Ну, котик, я же извинилась.- Мило улыбнувшись, она села перед ним на колени, и начала расстегивать его рубашку.

– Извинилась, когда все сказали, что ты не права.

Пальчики Миланы гуляли по рельефной груди Севы, она нагнула голову и ее губы начали повторять путь ее пальцев. Ее ладошка спускалась все ниже и ниже и вот уже они проворно расстегивают ремень ... Милана с торжествующей улыбкой посмотрела на Севу, который прерывисто дышал. Облизав чувственно губки, она склонила голову к его паху... Руки Севы дернулись и, зарывшись в волосы Миланы, прижали ее голову плотней к его телу.