– И у меня будет прибавка к жалованью, да? Раз уж я теперь совладелец?

– Конечно. При условии, что бизнес это потянет. Мы еще поговорим об этом. Тебе нужно будет поменять машину…

– Да, еще кое-что.

– Что?

– «Хопперз». Мы оставим название «Хопперз». По рукам?

– Тебе не нравится «Кафе Американо»?

– Нет. «Хопперз».

– А как насчет «Винный бар и бистро»? Это оставим, да?

Я почесал подбородок.

– Ладно.

– Отлично.

– Да, и еще.

– Ну?

Я видел, что он начинает беситься, так что нужно было немного надавить.

– Можете одолжить полтинник?

Выйдя обратно на улицу, я чувствовал себя просто чудесно. Наверно, день и раньше был хороший, но мне тогда было не до того. Я не мог им наслаждаться. А теперь вкус Рэйчел на языке, деньги в бумажнике и перспектива новой жизни в качестве одного из столпов баровладельческой общины Мэнджела. Жизнь налаживалась. Грузовик с пряниками уже въехал на мою улицу и вот-вот перевернется.

И все, что нужно сделать, – это решить две проблемки.

Я немного погулял по городу, покуривая и кивая парням, которых встречал по пути. Большинство улыбалось в ответ, и я обнаружил, что если внимательно смотреть им в лица, можно прочесть их мысли. Это Блэйк. Он владелец «Хоппера». Хотел бы я быть, как он. Это пацаны. Девахи думали что-то вроде: «Я слышала, он ебется как бог».

Ну, может, я и ошибался. Может, так: «Ебаный в рот. Ройстон Блэйк, чувак, который замочил свою жену».

Я смотрел в их глаза, искал намеки на то, что они действительно думают. Все их мысли собирались в одной голове. Если один из них что-то думал, то и все остальные думали то же самое.

– Слышал про него, да? Это он столкнул своего старика с лестницы.

– Да, но сейчас-то он зассал.

– Он ебал Мэнди Мантон. На койке ее брата.

– Я слышал, он ее ебал, еще когда она ссыкухой была.

Я побежал, тряся головой, стараясь вытрясти оттуда все эти слова. Но не получалось. Я побежал быстрее, тряс головой все сильнее и сильнее и стучал по ней кулаками.

– А про его новую татуху слышал?

– Он со своей Салли обращается как с дерьмом. Он ее ударил.

– У него легавые на хвосте.

– Посмотри на его голову!

– Пиздец просто.

– Похоже на большое волосатое яйцо.

– Не смейся, чувак поранился, наверное.

– Хуй знает, как он это заработал.

– Он же упал.

– Знаю. Но не на голову же.

– Да?

– Ну, он типа как проехался по земле. Он, похоже, притворяется.

– Думаешь, притворяется? Внимание привлечь, типа?

– Ну, он бы такой возможности не упустил.

– Это ж Ройстон Блэйк.

– Ну да.

– Слышал про него?

– Ага.

– Вот ведь мудила.

– Точно. Мудила.

– Его бы засадить неплохо.

– Да, небо в клеточку, друзья в полосочку как раз для него. И чего его выпустили?

– Точно не знаю.

– Да, я тоже не знаю. Странно как-то.

– Небо в клеточку, друзья в полосочку – вот что я скажу.

– Я это только что сказал, кажется?

– А чой-то у него на руке?

– Давай глянем. Написано Ч…

У меня раскалывалась башка и дергались руки. Я сражался за свою жизнь, понимаете, сражался со всеми эти ублюдками, которые надвигались на меня из темноты. Только теперь глаза у меня были открыты, и я видел все слегка по-другому. Для начала было светло. Но надо мной по-прежнему нависали два еблища.

– Здоров, Блэйк.

– Здоров, Блэйк.

Я посмотрел вверх и увидел, что это совсем не ублюдки. Я их знаю. Я в Мэнджеле почти всех знаю.

– Здоров, Дон. Здоров, Берт.

– Ты что, упал?

– Че у тебя с башкой-то?

– А, с лестницы навернулся. Есть сигареты?

– Дон?

– Ага. Вот.

Они помогли мне встать, и Дон прикурил для меня сигарету. Потом я сказал им спасибо и пошел своей дорогой. Мыслей у меня в башке была хуева туча. Например, как я оказался на Хай-стрит? И где мои сигареты? Но сон мне помог, так что мозги теперь варили как надо. Я подумал, что мне нужно сделать. Все просчитал. Все будет в ажуре. Я был в этом уверен, я знал наверняка.