Шрифт:
– Привет, Стив, – Ада протянула мне руку, с трудом сдерживая волнение.
– Здравствуй, – ответил я.
Какой-то миг мы молча смотрели друг другу в глаза, потом я сказал:
– Хорошая речь.
– Да? Спасибо.
– Публика отлично ее приняла.
– Да? Спасибо, – повторила она, и в комнате снова наступило тяжелое молчание. "Сегодня мы не очень надежно защищены друг от друга", – мелькнуло у меня.
– Хочешь выпить?
– С удовольствием.
Ада подошла к туалетному столику, на котором стояли бутылка, лед и стаканы.
– Разбавлять придется водой.
– Вот и прекрасно.
Мы выпили и обменялись несколькими банальными фразами, перемежая их долгими паузами. Меня неудержимо влекло к ней, и я понимал, что уже проделал большую часть пути. Ада отвела было взгляд, но вдруг резко повернулась и с мольбой взглянула на меня.
– Стив!
– Да?
У меня мгновенно созрело решение сделать все, что бы она ни попросила, зародилась надежда, что она еще раз захочет, чтобы я вернулся к ней на условиях, уже мною однажды отвергнутых.
– Да нет, ничего... – пробормотала Ада, снова бросая меня от надежды к разочарованию. Что ж, если теперь уже ничего нельзя изменить, виноват в этом только я сам.
Ада отвернулась, я с тоской и печалью смотрел на ее профиль, на морщинку в уголке губ. Ее раньше не было. И вдруг... Ада посмотрела мне прямо в глаза, и на лице ее я увидел все-все, что хотел увидеть.
– Прошу тебя, вернись ко мне! Ты так мне нужен...
Мы оба понимали: вернуться к ней я могу лишь на ее условиях. Вместо ответа я нежно привлек ее к себе. Я не стал ее целовать, я просто держал ее в объятиях, и Ада наконец тоже обняла меня, и мы замерли. Не успел я полностью осознать все счастье этой минуты, как раздался быстрый стук в дверь.
– Боже! – прошептала Ада и резко отстранилась.
Дверь распахнулась, и в комнату вошел полковник Роберт Янси.
Причина его внезапного появления не вызывала сомнений. А взгляды, которыми они обменялись, прямо-таки кричали, что он ее любовник. Заметив меня, Янси нахмурился. Ада уловила мой взгляд и покраснела. На ее лице боролись гнев, сознание своей вины и мольба.
Впрочем, все мы тут же взяли себя в руки.
– Я заглянул на всякий случай, узнать, не потребуюсь ли я вам, – обратился Янси к Аде.
Благодарю вас. – Ада со злобой посмотрела на полковника, а потом опять с мольбой на меня. – Уж если вы пришли, не откажитесь по крайней мере выпить. Мы с мистером Джексоном уже выпили.
– Мне пора идти, – сказал я.
– Прошу вас, не уходите! – Ада жестом остановила меня, всем своим видом говоря: "Пожалуйста, смирись и с этим. Я бессильна что-либо сделать..."
– Нет, я должен уйти. – Я вовсе не собирался делить ее и с Томми Далласом, и с Сильвестром Марином, и с избирателями, а теперь и с полковником Робертом Янси.
– Что ж, в таком случае спокойной ночи. – Теперь и лицо и голос Ады совершенно ничего не выражали.
– Спокойной ночи.
Не замечая перед собой дороги, я шел к машине и думал, что сегодня потерял Аду в третий раз. И хватит! Теперь я позволю себе лишь наблюдать ее издалека. Как ни старался я возненавидеть ее, у меня ничего не получилось. Вот Янси – другое дело. Я сразу же возненавидел полковника Роберта Янси.
РОБЕРТ ЯНСИ
Мне хотелось самому водить машину Ады во время ее поездок по штату, но, как начальник полиции, я мог лишь изредка позволять себе подобное удовольствие. Зато я организовывал для нее полицейский эскорт, следил за порядком на дорогах по маршрутам ее поездок, а иногда и сам в своей служебной машине ехал впереди. Изредка, повторяю, мне удавалось занимать место водителя в ее машине. Поездки Ады не входили пока в программу предвыборной кампании, поэтому, как губернатор, она имела право на такую привилегию.
Мы тщательно скрывали свои истинные отношения. Я почти не разговаривал с ней на людях, лишь иногда появляясь в нужных местах и в нужное время. Так уж устроен человек, что не может не насплетничать о всякой симпатичной цыпочке, словно созданной для постельных утех; ну, а если она к тому же постоянно на виду, тут уж и вовсе не оберешься разговорчиков. А ведь Ада была губернатором. В этом-то и самый смак!
Формально она все еще носила нечто вроде траура по Томми Далласу, превратившемуся без малого в живой труп. Бедняга! Знал ли он подоплеку того, что с ним произошло? Догадывался ли, кто все это подстроил? А если и знал и догадывался, то что мог сделать? Он здорово пострадал. Жаль, конечно, я ведь хотел только как следует припугнуть его.
Так вот, мы с Адой постоянно соблюдали осторожность и осмотрительность. Потому-то мне и не нравилось, что этот мерзавец с телевидения Стив Джексон видел нас вместе в мотеле Бьюраса.
– Не беспокойся, – сказала Ада. – Он друг, ему можно доверять.
– Работая в полиции, прежде всего уясняешь, что доверять нельзя никому.
– А я еще раз говорю: не беспокойся. Стив хороший человек.
– Что ж, тебе виднее. Кстати, он, в сущности, ничего и не видел.
В тех редких случаях, когда я, нарушая протокол, управлял ее машиной, Ада беззастенчиво командовала мною.