О результатах выборов я услышал в тот же день по радио. Победа Ады не явилась для меня неожиданностью – ничто не могло остановить их с Сильвестром; но все же я не думал, что она окажется избранной в первом же туре. Известие подействовало на меня, словно удар тока.

Я выключил радио и встал. Нервы у меня были напряжены до предела, я должен был что-то предпринять.

– Поехали! – крикнул я Эрлу. – Едем в Мобил.

– Чего, чего?! – удивился я.

– Я сказал, едем в Мобил.

– Губернатор, вам не следует...

– Поехали!

По приезде в Мобил мы остановились в мотеле. Коридорный шепнул мне, что у них есть девушки. По моей просьбе он вскоре прислал одну из них. Но у меня с ней ничего не получилось.

Девушка поняла мое состояние.

– Не огорчайся, милый, – сказала она и погладила меня по щеке. – Это бывает с кем угодно.

Напуганный, готовый от стыда провалиться сквозь землю, я кивнул:

– Да, да, конечно...

– Но заплатить тебе все же придется. Считается, что ты взял меня на ночь, а как там было – это нас не касается.

– Раз уж я плачу за все, давай выпьем, что ли.

Выходит, я еще не вполне поправился. Будь проклята Ада! Будь проклята на веки вечные! А что, если я вообще не поправлюсь? Ну нет! Обязательно поправлюсь. Ведь девушка сказала, что такое нередко случается.

Но я чувствовал себя конченым и на поправку не надеялся.

Мы включили свет и уселись на широкую белую кушетку; только тут я обратил внимание, что номер довольно неплохо обставлен.

Девушка заметила мой взгляд и ухмыльнулась.

– Этот номер называется у нас свадебным, – сообщила она. – Сразу видно, милый, что ты важная персона.

Девушка была невысокой, худенькой, рыжеволосой, с веснушчатым лицом, каким-то домашним и одновременно чувственным. Я видел, что ей хочется вернуть мне хорошее настроение.

– М-да... – промычал я. – Да, понимаю...

– Я же говорю, не огорчайся ты ради бога? С кем не бывает! – убеждала меня она.

– Ну, разумеется...

– Так-то лучше. А теперь я покажу тебе кое-что. Наша прежняя хозяйка очень любила фотографировать своих клиентов скрытой камерой. – Девушка хихикнула. – Ей удалось сделать несколько таких снимков, что закачаешься. Старухи здесь давно нет, а коллекцию ее случайно нашли.

Девушка открыла ящик стола и вынула из него большой альбом.

– Старинный, как видно, – заметил я.

– Да. Времени с тех пор прошло немало.

Я открыл альбом и не удержался от восклицания:

– Ну и ну!

– Правда, здорово? – снова хихикнула девушка. – Умела старуха снимать, ничего не скажешь. Видать, нравилось ей это дело. В каждом номере она наделала по нескольку дырок и через них фотографировала клиентов в любых позах. Новой администрации пришлось раскошелиться, чтобы заделать дырки.

– Представляю. – Я лениво листал страницу за страницей, но пикантные снимки не возбуждали меня, наоборот, вызывали нечто похожее на отвращение. – Она что, использовала эти штучки, чтобы шантажировать клиентуру?

– Что ты, дружок! Старуха даже не интересовалась фамилиями клиентов. Ее заведение пользовалось популярностью, а она была не такая уж дура, чтобы рубить сук, на котором сидишь. Нет, милый, она занималась этим ради собственного удовольствия.

Девушка засмеялась. Я продолжал небрежно переворачивать старые, обмахрившиеся на уголках страницы, пока меня словно не ударила молния. Я увидел снимок мужчины и женщины, лежащих в кровати. Лицо женщины полностью попало в кадр. О чем она, разумеется, и не подозревала. Ее длинные черные волосы рассыпались по плечам, веки были плотно сомкнуты, рот полуоткрыт.

Девушка снова захихикала.

– Нравится?

– Не сказал бы. Ничего особенного. – Я быстро перевернул страницу.

– Вот и хорошо. Эта красотка давно тут не бывает. Я даже не знаю, кто она.

Я продолжал листать страницы, но сосредоточиться уже не мог.

Убедившись, что фотографии не производят на меня никакого впечатления, девушка поднялась, извинилась и пошла в ванную комнату.

Едва за ней закрылась дверь, я быстро нашел в альбоме снимок женщины с черными волосами и попытался его отклеить, но передумал, осторожно вырвал всю страницу, скатал в трубочку и сунул в карман.

Вскоре я уехал. Перед уходом девушка дружески похлопала меня по плечу и сказала.

– Не огорчайся, папашка. Перемелется – мука будет.

Эрл ждал меня в машине. Он встретил меня двусмысленной ухмылкой, но, заметив мое состояние, принял серьезный вид.

У меня не хватило терпения дождаться возвращения к себе. Как только мы отъехали по шоссе несколько миль, я приказал Эрлу остановиться у бензозаправочной станции. В уборной я достал из кармана снимок, прикрыл пальцем черные волосы и мысленно представил себе другую прическу – золотистые, зачесанные назад волосы. Долго рассматривал я то лицо женщины, то ее обнаженное тело. И то и другое я знал как свои собственные. Да, сомнений не было. Кто-нибудь другой, может, и ошибся бы, только не я.