Время от времени я сверялась с часами. Идти было жутко, пару раз я упала, запнувшись о корни деревьев, на правой ноге однозначно появится большой синяк. Вдобавок, было по-настоящему страшно. Ночной лес таил в себе множество звуков. Каждый раз, когда слышалось, что-то похожее на хруст, я нервно оглядывалась, не идет ли кто за мной. Судя по ощущениям, я шла в нужном направлении, только вот ни деревни, ни дороги все не было и не было. Я устала, но не разрешала себе останавливаться не на секунду. Дороги назад не было, и если я не выберусь,... я вообще не выберусь. Я посмотрела на часы. Три ночи. Я теряла бдительность, единственное, что теперь было главным добраться, добраться, добраться.

– Далеко идешь?

Сердце болезненно сжалось, и я обернулась, позади меня шли двое мужчин: Арнольд Витальевич и Виктор Михайлович. Понимая, что это бесполезно, я все равно сделала рывок, думая убежать, но они настигли меня в мгновение ока и схватили. Я истошно завопила, пытаясь вырваться, но это было бесполезно: они только сильнее сжали мои руки.

– Пустите, уроды!!

– Бойкая, - не без удовольствия заметил Арнольд Витальевич, - талантливая, наверное.

– Бездарь, с такой-то матерью...
– процедил Егерь, удерживая меня. Я застыла как громом пораженная. Они сказали "мать"... Они знают мою маму? Что это значит?

– Ну что?
– Арнольд Витальевич вопросительно выгнул бровь, ожидая, что скажет Болотов.

– Инга сказала, вернуть обратно. Она сама с ней разберется.

Это мне не очень-то понравилось, видела я, как она разбирается, и снова забилась.

– Успокойся!
– Егерь больно сжал мою руку, и я вскрикнула.
– Не убежишь, а побежишь, будет хуже. Тем более, некуда бежать. Думаешь, не заблудишься в лесу дура?

Я, однако, не переставала брыкаться, сдаваться было не в моих правилах, но похоже мои попытки сопротивления были для них не более, чем мельтешение мухи, которую отгоняют рукой.

Дорога назад заняла те же три часа, когда мы ступили на территорию школы, было шесть утра, на востоке уже забрезжил рассвет. Мужчины повели меня в здание, мы поднялись на третий этаж и вошли в комнату, в которой я еще не была. В центре, за столом, сидела Инга Петровна.

– Долго вы что-то.

– Думали, она позже пойдет, часа в два, а она, похоже, в полночь ушла. Пришлось догонять.

Они отпустили меня, и я потерла руки.

– Лена, Лена, Лена...
– Женщина поднялась и подошла ближе ко мне, заглядывая в глаза.
– Я даже не знаю теперь, что с тобой делать. Правила, они ведь для всех.

Я сглотнула и почувствовала позади себя какое-то движение.

– Никто не знает, что она пыталась сбежать - сказал Болотов.

Я ошарашено застыла. Это что была попытка меня защитить?

– Но сам факт, - женщина поморщилась.

Она снова вернулась к своему столу, но садиться не стала, задумчиво уставившись в стену. Видимо, взвешивала все "за" и "против". Что-то мне подсказывало, что "за" наскребается с мизинец.

– Ну и что ты выберешь?
– резко спросила она.
– Начнешь учиться или все еще хочешь на свободу.

– Я не знаю, - честно ответила я, хотя понимала, путь на свободу закрыт.
– У меня плохо получается...

– Ты просто не старалась, - отрезала женщина.
– У тебя есть данные, они у тебя в крови. Тебе нужно заниматься дополнительно...
– Женщина снова задумалась, я молчала.

Казалось внутри нее идет какая-то борьба.

– Мы не можем...
– заикнулся голос позади меня. Это был Арнольд Витальевич.

– Да знаю я! Но кто будет за ней приглядывать? А если она еще раз что-то вытворит? Мне сейчас не нужны проблемы с детьми.

Женщина подошла ко мне и, взяв меня за подбородок, приподняла мое лицо, заглядывая в глаза. Я вся горела от ненависти и желания вырваться. То, что она увидела, не понравилось ей. Я поняла, что моя судьба решилась и не лучшим образом.

– Мы не можем рисковать.

Она отвернулась от меня, я почувствовала, как меня хватают сильные руки Альберта Витальевича, и зажмурилась, ожидая боли.

– Я пригляжу!
– это взорвалось как бомба.
– И заодно, натаскаю те пробелы, что она пропустила. Испытательный срок. Если начнет артачиться,... убьем.

Я потрясенно открыла глаза. Инга Петровна застыла на месте и обернулась.

– Ну ладно, Болотов. Отвечай, если готов.