Когда Ява и Дейна приехали к нам, мы лишь представили их как младших братьев и сестер одного моего очень близкого друга. Их родители умерли, а Марат на некоторое время уехал в экспедицию, других родственников у них нет, так что дети пока поживут у нас.

Но на тот момент все думали, что ребята задержатся у нас до возвращения Марата. А теперь... А теперь я не могла просто так их оставить на произвол судьбы. В этом мне требуется поддержка родителей.

– Мам, можно я тебе кое в чем признаюсь, - собрав всю волю в кулак, сказала я.

Услышав такое, мама резко прекратила готовку и удивленно уставилась на меня. Оставив все дела, Антонина села рядом со мной и взяла за руку.

– Мама... знаешь...
– начала было я, но родительница прервала меня:

– Ангелин, перед тем, как ты что-то скажешь - знай, я всегда буду тебя поддерживать. Я уверена, все решения, принятые тобою, являются правильными.
– Мама говорила быстро и с каким-то странным азартом.
– Я очень тобой горжусь. К тому же Дайя всегда рядом. И ему я полностью доверяю...

– Мам...
– пыталась я ее остановить.
– Я хотела сказать...

– Ангелина, ты беременна?
– закончила тираду мама неожиданным и крайне непредсказуемым вопросом. Нет, это звучало более утверждением.

– Что?
– у меня отвисла челюсть. На этом фоне скорое превращение в оборотня всего лишь глупая шутка.
– Почему ты так решила?

Мама сначала смутилась, потом мягко улыбнулась и крепче сжала мою ладонь. Она, наверное, считала, что я крайне напугана своим положением и нуждаюсь в поддержке.

– Дорогая, я же вижу: в последнее время ты очень бледная. Практически ничего не ешь. К тому же я точно знала, что обследовавшие тебя врачи что-то от меня скрывают. И ваши близкие отношения с Дайя...
– мама запнулась, потом сразу же продолжила, словно пауза испортит момент.
– Я ничуть не удивлена - так и должно было случиться.

Несмотря на трагичность ситуации, мне хотелось расхохотаться и сразу побежать все рассказать Дайя. Да, я напугана, да, я жутко переживаю. Но причиной служит ближайший конец Света и тысячи оборотней, которые скоро узнают о кончине Марата.

– Боже, мама, остановись, пожалуйста, - попросила я разошедшуюся мамочку, которая уже принялась строить планы нашей свадьбы.

– Уверена, новость не меньше обрадует Лия. Понимаю, вы еще так молоды, но это ведь замечательно!
– продолжала мама, не обращая на мои попытки никакого внимания.

– Мама, я не беременна!

Мама на миг осеклась и вновь уставилась на меня. Такое ощущение, что эти слова удивили ее намного больше, чем те, которые предполагала услышать.

– У нас с Дайя еще ничего не было! И до свадьбы не будет!
– воскликнула я.
– Да как ты вообще могла такое подумать? Не могу поверить!

– Ну... я... Просто ты выглядела так напряженно. К тому же после долгой ссоры вы вдруг опять сошлись. Я и подумала ради ребенка...
– по-детски принялась оправдываться мама.

Я схватилась за голову. Моя мама как и была летающей в облаках леди, так и после рождения второго ребенка осталась кружившей в фантазиях дамой.

– Мам, ладно... Забудем, - решила я пропустить странный инцидент.
– Я хотела сказать, что Марат, мой друг, не вернется из экспедиции.

– Что с ним случилось?

– Нам пришла весть о том, что он пропал без вести во время очередных походов в джунглях.

– Боже!
– от ужаса мама прижала ладонь ко рту.
– Его ищут? Может, нужна какая-то помощь?

– Да, сейчас ведутся расследования, - принялась я врать.
– Помочь, мы, к сожаленью, ничем не можем, кроме как приютить Дейну и Ява до тех пор, пока не найдется Марат. Он...
– я замолчала, тщательно подбирая слова, - он очень много сделал для меня и нашей семьи. Ты просто не представляешь, как он мне близок. Я перед ним в огромном долгу. Мам, поэтому очень прошу - будь с ними поласковей.

– Ну конечно!
– сразу же согласилась мама.
– Бедные дети - ни семьи, ни друзей. И раз Марат так важен для тебя. Не переживай, мы с Минем заменим им родителей.

Я улыбнулась. Ну, слава богу. Хоть с одной проблемой разобралась.

– А мне чайку и стакан позитива?
– спустился на кухню Дайя.

Мы с мамой принялись на него коситься, еле сдерживаясь от смеха. Смэш ничего не понимал и вопросительно смотрел на меня.

– Эй, над чем вы смеетесь?
– не выдержал он, взъерошив мне волосы.