Джон снова засмеялся.

— После нашего знакомства пришлось здорово постараться, чтобы привыкнуть справляться с этим. Все в порядке, Шерлок, я ничего не прошу и не требую от тебя. Я разберусь сам.

— Что, если я хочу... помочь? — спросил Шерлок и услышал судорожный вдох. — Я хочу узнать тебя, Джон, — он встал, подошел к другу и встал между его ног, раздвинув его колени. Наклонившись вперед, он положил руки на бедра Джона и продолжил тем низким, хриплым голосом, который безошибочно срабатывал каждый раз, когда ему было что-то нужно: — Я хочу изучить тебя — по крайней мере, теми чувствами, которые у меня остались.

Джон не мог произнести ни слова, и Шерлок присел перед ним на корточки, медленно водя ладонями вверх и вниз.

— Иначе мы останемся без горячей воды, — буднично добавил он.

Фыркнув, Джон наклонился вперед и запустил обе руки в его волосы.

— Регулярный душ просто необходим тому, кто вынужден делить квартиру с таким... ох, черт! — Шерлок переместил ладони чуть повыше, и реакция Джона привела его в восторг. — С таким потрясающим, но совершенно не замечающим этого типом, — торопливо закончил Джон.

— Потрясающим — это чересчур, — упрекнул Шерлок, ловко расстегивая пряжку ремня на его джинсах.

Джон накрыл его руку своей, вынуждая остановиться.

— Ты просто сногсшибательный, Шерлок, неужели ты сам не знаешь? — он помолчал, явно размышляя. — Давай проверим эту теорию. Засеки и сравни, сколько времени у меня уйдет, чтобы кончить, если ты полностью одет и сколько — если ты голый.

Нахмурившись, Шерлок с осуждением покачал головой.

— Никогда в жизни не проводил настолько антинаучного эксперимента.

Впрочем, он тут же улыбнулся, встал и потянул Джона за обе руки, помогая подняться.

— Но я тебя понял.

Следующие два дня они провели в постели.

* * *

К концу первых суток, когда Шерлок тщательно исследовал спину Джона, проверяя, одинаковы ли на вкус бугорки выступающих позвонков, тот отвлек его внимание, сказав необычно напряженным тоном:

— Можно спросить тебя кое о чем?

Его голос звучал так, словно ему пришлось заставить себя произнести эти слова. Шерлок помедлил, занося в мысленный каталог промежуточные результаты своих опытов.

— Давай, — наконец разрешил он, внутренне готовясь к новой порции вызывающей неловкость терминологии и вопросов, на которые он не знал ответов.

— Вчера на месте преступления, — начал Джон, и у Шерлока немного отлегло от сердца, — Кстати, ты должен извиниться перед Салли, — добавил он, игнорируя негодующее сопение. — Так вот, тогда ты во весь голос практически заявил окружающим, что мы спим вместе.

— Но мы же спим вместе, — пожал плечами Шерлок, перемещаясь чуть ниже: он приближался к особенно интересующему его участку. — По крайней мере, спали бы, если бы у нас оставалось время на сон.

Джон перевернулся на спину, и Шерлок вздохнул. Грудь и живот Джона он изучил на вкус с утра и не хотел повторять тот же эксперимент дважды, не закончив со спиной. Дотронувшись до лица друга, он узнал выражение, словно спрашивающее: «С какой планеты ты прилетел?»

— Я говорю о другом, и ты прекрасно это понимаешь.

Шерлок улегся головой ему на грудь, прислушиваясь к мерному стуку сердца. Внезапно ему в голову пришла новая мысль.

— Джон, у тебя есть веснушки?

— Прости, что?

— Веснушки. У тебя они есть? И если да, то много или мало и в каких местах? — В самом деле, без этой детали его мысленная карта тела Джона была бы вопиюще неполной. — Отнесись к моему вопросу со всем вниманием.

Джон слегка толкнул его в макушку, и он послушно поднял голову, вопросительно изогнув бровь.

— Сначала ответь на мой вопрос, — потребовал Джон.

Шерлок ухмыльнулся.

— Ты же не задал никакого вопроса. И перестань закатывать глаза, — Джон ничего не ответил, так что в конце концов Шерлок снова опустил голову ему на грудь и вздохнул. — Не все ли равно, Джон? Какое нам дело до того, что они знают или думают, что знают? Почему это должно нас волновать?

— Мне не все равно, Шерлок, — тихо сказал Джон, перебирая пальцами его волосы. — Для меня это важно. Ты же знаешь, я бы с гордостью открыто заявил о своих отношениях с тобой, но ведь пока у нас, строго говоря, этих отношений нет. Так ведь? — в его тоне было поровну от утверждения и вопроса. — Ты все еще не уверен. Я не тороплю тебя, — добавил он быстро, — я просто хочу сказать, что если ты передумаешь, я бы предпочел обойтись без жалостливых взглядов. И я действительно хочу понять, что творится у тебя в голове.