— С Бэркхардтом и Мергендалом, с нашими женами и еще с несколькими гостями.

Она продолжала смотреть на интерком, но ее глаза слегка сузились. — Ваша жизнь чрезвычайно насыщена событиями, мистер Палмер, — произнесла она.

— Я опоздал на этот прием. Совершенно забыл о нем.

— В самом деле?

— В самом деле. Еще до приема со мной случилось нечто такое, что полностью выбило из головы все прочее.

Так как она молчала, Палмер наклонился к ней через стол, отодвинув в сторону бумаги:— Скажите же что-нибудь.

— Скажу, когда подумаю. — Она наконец подняла на него глаза. И Палмер увидел: она не только смущена, но и на грани гнева.

— Но это правда. Я совершенно забыл о вечере.

Через секунду на лице ее отразилось смущение. Она отвернулась, вздохнула.

— Дура я, — сказала она. — Даже не знаю, почему расстроилась. Разве не глупо? — Она искоса взглянула на него и снова отвела взгляд:— Пожалуйста, не обращайте внимания.

— А вы?

— Забуду, — пообещала она.

Они долго молчали.

— Черт побери, извините меня, — вырвалось у нее наконец. Она выпрямилась и постаралась улыбнуться. — Все в порядке. — И, переведя дыхание, решительно тряхнула головой. — Уже лучше. Теперь давайте ваши щекотливые вопросы. — Она снова ободряюще тряхнула головой, как бы подтверждая, что с ней действительно все в порядке.

— Ладно. — Он взглянул на середину стола, расчищенную им от бумаг. Пустое место выглядело так же уныло и обреченно, как и та мысль, которая владела сейчас Палмером. Почти машинально он сдвинул несколько случайных бумаг, заполняя пустоту.

— Моя идея кажется мне настолько хитрой и настолько безрассудной, что я не уверен — в здравом ли я уме, даже только допуская ее.

— Попробуйте на мне.

— Вы, пожалуй, единственный человек, на ком я отваживаюсь проверить ее правильность! — Он медленно провел рукой по лицу. — Какова будет ваша реакция, если вы услышите, что ДжетТех пытается вести переговоры о займе у нас необыкновенно большой суммы по низкой процентной ставке и на очень длительный срок?

— Насколько велика сумма?

— Ради вас же самой я не могу назвать вам ни сумму, ни процентную ставку. Вы понимаете?

— Да. Меня нельзя обвинить в разбалтывании того, чего я не знаю.

— Вот именно.

— Ну, тогда я бы предположила, судя по вашему разговору с Гарри Элдером, что они и не собирались получить этот заем.

— Так какой была бы ваша реакция?

— Я бы…— Она как-то растерянно посмотрела на него. Ее глаза медленно расширились, а рот полуоткрылся. — Я спросила бы себя…— Она покачала головой:— Нет.

— Продолжайте.

— Я спросила бы себя о Джо Лумисе, — сказала наконец Вирджиния высоким изумленным тоном. — Я спросила бы, что означает тот факт, что Лумис одновременно и за Джет-Тех, и за билль об отделениях сберегательных банков?

— И что вы ответили бы себе? — спросил Палмер.

— Я… я не знаю. Действительно, не знаю.

— Я тоже. — В огромном кабинете голос Палмера прозвучал мрачно. Он кашлянул. — Пока не знаю, — добавил он. Слова отдались приглушенным эхом в дальнем углу громадной комнаты. После долгого молчания Вирджиния встала. Ее лицо почти ничего не выражало, так, словно ничего не было сказано. Тем не менее Палмер угадал в этом нечто другое — нарочитую безучастность, демонстративно подчеркивающую, будто ничего не случилось. Бальзам на рану. Он слегка улыбнулся, и это движение почти болезненно растянуло его губы.

— Итак, — произнес он, просто чтобы сказать что-нибудь.

— Могу я помочь вам своими ответами? — спросила она.

— Пока нет. Вы, впрочем, уже помогли.

— Я хочу вам помочь.

— Я еще попрошу вас. Не беспокойтесь.

— Вы обещаете?

— Да, — заверил он ее.

— Тогда я возвращаюсь к своей машинке, — сказала она, — Ах да…

— Да?

Она сунула руку за ворот своего платья. — Здесь кое-что есть, — сказала она. — Вот. Это ваше. — Она вытащила его потерянную булавку и протянула ему.

— Бог ты мой! — Он взял булавку. — Спасибо.

Она кивнула:

— Я хотела оставить ее у себя.

— Только не там. Вы могли уколоться.

Она опять кивнула:

— Я знаю. — Она медленно повернулась и пошла к двери. — Напороться, так будет точнее. — Открыла дверь и вышла.

Только к полудню секретарша Палмера наконец нашла Бэркхардта.

— Лэйн, — сказал Палмер в трубку, — давайте позавтракаем вместе.