в Кводе полно людей; но, с наступлением темноты, их становится все меньше на тротуарах, движение ослабевает- все расходятся по домам. Появление свободного пространства вокруг нас вызывает во мне неприятное ощущение. Как будто мы остались на пустом месте, и некому нас прикрыть.

– Надо поторопиться и спрятаться где-то, - говорю я ему тихим, срывающимся голосом.
– Слишком поздно для прогулок.
– Я двигаюсь быстро, как только могу, но ощущение, будто я неуклюже иду на ходулях и вот-вот готова упасть. Глупо принуждать себя двигаться быстрее, причиняя тем самым еще больший вред. Но паника и внутренний голос заставляют меня торопиться.

Неожиданно руки Корда подхватывают меня. Он легко поднимает меня, и я оказываюсь у него на руках.

– Корд, отпусти.
– Я обхватываю себя руками, сгорая от стыда и негодования.
– Серьезно.

– Так быстрее, согласись. Так что расслабься хоть раз.
– Голос Корда на удивление серьезен. Я хмурюсь, не зная, что сказать, так как не уверена, чего хочу. Все еще сомневаясь, я заставляю себя чуточку расслабиться.

Мы оба молчим. Слышно только наше дыхание, его ритм замедляется. Вскоре у меня закрываются глаза, голова падает вперед, руки обнимают его за шею. Боль в плече и руке превратилась в постоянное и мучительное жжение.

– Все хорошо, Вест. Спи, если надо. Мы скоро будем на месте.
– Его голос убаюкивает меня, я опускаю голову ему на грудь, всем своим существом ощущая его свежий запах.

Впервые за долгое время я засыпаю, не чувствуя себя одинокой.

Полумесяц подмигивает нам через окно, освещая нищету окружающей нас обстановки: старую и грязную маленькую квартирку-студию, продавленную кровать. Мы оба сидим на ней только потому, что электричество давно отключили, а это самое освещенное место в помещении. Нам понадобится весь доступный свет, если мы собираемся сделать то, что необходимо.

Никогда в жизни не чувствовала себя такой растерянной и взволнованной. То, что Корд стал странно молчаливым, свидетельствует о том, что он, возможно, испытывает те же чувства.

По крайней мере, изрядная доза обезболивающих, попавших мне в организм, приносит пользу - я чувствую, как они начинают действовать. Баночка с ними была в аптечке, которую Корд нашел под раковиной. Я была рада принять горсть, перед тем как доставать пулю из моего плеча. Если от них я опьянею и скажу какую-нибудь чушь, то не почувствую вины.

Корд прочищает горло.

– Я могу просто оторвать рукав. Если хочешь, конечно.

– Нет, - тихо шепчу я. Я ощущаю странную легкость под воздействием обезболивающих.
– У меня нет другой рубашки.

Секунды тишины оживают, наполненные электричеством между нами.

– Тогда ложись на кровать.
– Тихо говорит Корд в полутьме.
– Так будет быстрее.

Я ложусь на спину и задерживаю дыхание, пока он расстегивает на мне рубашку. Даже через ткань я чувствую тепло его рук. Все это время, я не свожу глаз с его лица, с плотно сжатых губ, думаю, у него тоже перехватило дыхание.

Закончив, он аккуратно снимает рубашку с одного плеча и руки ровно настолько, чтобы видеть рану. Я машинально пытаюсь прикрыть, как могу, свой лифчик другой стороной рубашки. Ну почему на мне один из самых полупрозрачных, которые у меня есть, который едва прикрывает тело? У меня горит лицо, Корд старательно отводит глаза, роясь в аптечке, стоящей рядом на кровати.

– Вест, ты готова?
– спрашивает он, наконец, посмотрев на меня. В его руках что-то блестящее и серебристое. Щипцы. Они выглядят острыми.

– Ага.
– Я вру.
– Будет больно даже с обезболивающими?

– Возможно. Надеюсь, что нет. Извини.

Я качаю головой.

– Это не твоя вина. Все в порядке.

Несколько секунд я терплю, сдерживая стоны, пока очередное движение не заставляет меня нарушить тишину. Я судорожно глотаю воздух.

– Ты уверен, что можешь это сделать?

– Да, уверен.

Я шиплю от боли и сжимаю зубы от ощущения, что плечо выворачивается наизнанку. Мне нужны еще обезболивающие, но я приняла столько, сколько можно, чтобы не отравиться. Проходит еще одна долгая минута.

– Так где, ты говоришь, ты научился это делать?

Он сосредоточенно бормочет.

– Я не учился.

– Шутишь? Пожалуйста, скажи, что ты шутишь.

– Расслабься, Вест. Я как-то смотрел СИМ.

– Что?

– СИМ. Ну, знаешь, симуляция, имитация. Мы с Люком постоянно играли в РКИ…

– РКИ?

– Ролевые компьютерные игры, Вест. А то ты не знаешь…

– Корд.

– Ну, один из моих главных героев был крутым хирургом. Поверь мне, это ерунда.

– Видимо, те, кто говорят, что видео игры - это потеря времени, глубоко ошибаются, - говорю я спокойно.