Что ему нужно?

— А что насчет меня? Кто будет рисковать своей жизнью ради меня?

Глаза Квена вернулись к моим.

— Он, конечно.

Голос его был уверенным, и единственное, что я могла сделать — это стоять и смотреть, разинув рот.

— Я должен идти, прежде чем она будет учиться водить, — сказал он, видя мое замешательство. — Я поговорю с владельцем амулетов снова.

— Но я еще не сказала «да», — ответила я, и Квен обернулся на пороге, не в кухне, не в холле.

— Говорится, что причина, по которой эльфы и демоны начали войну — из-за нарушенного союза, — сказал он, на его лице отразилась мировая усталость, заставляя его выглядеть мудрым. — Я всегда считал, что это правда, что из лучших друзей получаются злейшие враги. Эльфы и демоны, вечно воюют. Кто сказал, что демоны не были рабами эльфов изначально?

Мои глаза широко распахнулись, когда он наклонил голову, медленно развернулся и пошел по коридору.

— Не беспокойся о восстановлении чар, — сказал он громко, его шаги были слышны на улице. — Твой отец был хорошим человеком, но легким. Серебро слишком хрупкое. Ты сможешь исправить хорошее однажды.

Я прислонилась спиной к столу, скрестив руки на груди, когда слушала, как он проходит в святилище и выходит на послеполуденное солнце. Работать с Трентом? И с драконом, наблюдающим за мной, на заднем плане? Он что рехнулся?

Глава 18

Мои сапоги тупо стучали по тротуару перед церковью, когда я шла с сумкой с продуктами на бедре, я улыбнулась, когда увидела припаркованный у обочины красный Мерседес, выглядевший серым в темноте, но по-прежнему сексуальный. Айви рано вернулась.

У Айви не было такого автомобиля, у нее был гораздо менее горячий, не такой как красный «Мерседес», но у такая машина была у Нины, и если Айви села на более ранний рейс, Нина, наверное, предложила забрать ее в аэропорту. Что было хорошо, так как моя машина все еще была у Трента на стоянке.

Звук детей, играющих в сумерках, утешал, но когда что-то, как призрак, пронеслось над моей головой, я инстинктивно пригнулась, разворачиваясь, чтобы проследить за тенью, проплывающей между мной и небом, по-прежнему держащим розовый закат. Медленно мой пульс успокоился, когда я узнала очертания маленькой горгульи, парящей через узкие листья, большие крылья гулко стучали, когда он или она летел почти вертикально к земле к надгробной плите. Желтые глаза посмотрели на меня, и затем ее фигура растаяла в темноте.

Мои шаги были быстрыми, и, зная, что они их слышали, я ускорила темп. Наверное, по крайней мере, дюжина горгулий, прилетевших после заката, расположилась на высоких стенах, окружавших кладбище, несколько более мелких сидели на деревьях, как гигантские стервятники. Ни один из них не был тем горгульей из церкви, с которым разговаривал Бис. Дженкс вчера сказал, что, по-видимому, они проверяли Биса в церкви, чтобы убедиться, что Ку’Сокс не причинил ему вреда, когда тот был в безвременье.

Это и радовало, и волновало меня.

Да поможет мне Бог, мне так много нужно было сделать между сегодняшнем днем и пятницей.

«Будет проще, когда вернется Айви», — подумала я, когда быстро поднималась по широкой лестнице церкви, передвигая сумку, чтобы я могла войти в дверь. Но когда я потянулась к ней, она распахнулась. Передо мной стояла Айви, ее силуэт остро вырисовывался в свете, заливающем лестницу.

— Ну, слава Богу, ты здесь, — сказала я, передвигая сумку еще раз, чтобы я могла обнять ее, прямо там, на крыльце. — Вдобавок ко всему прочему, мы должны украсть пару эльфийских колец из музея.

— Я должна уезжать чаще, — сказала она, а ее руки ненадолго обвились вокруг меня, ее низкий, грудной голос был слышимой версией вампирского ладана, вылившегося сейчас на меня, как благовонное масло. Последнее объятие и я шагнула назад, сияя от счастья. Хотя она явно была рада меня видеть, она также была очень напряженная и скрытная. Ее джинсы и черный свитер были более непринужденными, чем обычно, волосы, тоже, были лишены их типичного «конского хвостика». На ней были новые ботинки, которым было присуще отличительное, западное чувство, но она заставила их гармонировать с ее сложной, модной курткой.

Тесная лента, сковывавшая мою грудь ослабла, когда я вдохнула ее запах вампирского ладана, смешанного со спертым запахом пластика самолета и прокатного автомобиля. Под этим были сладкий медовый запах Дэрил и мужской запах Гленна. Они практически исчезли, хотя дорогие духи Нины, безусловно, чувствовались очень сильно. Рука Айви на моей спине вздрогнула, и я позволила ей ее убрать, мысли о Джаксе и Нике заставили мою улыбку пошатнуться. Я могла слышать, как внутри Нина разговаривает с кем-то. Может быть с Дженксом? Или может быть по телефону.