– Как – изнутри?

– Просто. Дерево-то сгнило, трухлявое, шурупы выскочили, – он опять встал на колени, приглядываясь к царапинам на двери, чуть даже не обнюхивая ее.

Ракитин, я знаю, о собаке мечтает, ищейке. Но все упирается в финансирование. Милиционера или медицинского эксперта мама-папа родят, выкормят, вырастят, выучат, а потом он уже и сам кормится, как может. Служебную собаку кормить нужно от рождения и до смерти. Опять же проводнику жалование… Потому капитан от нужды развил в себе наблюдательность, остроту взгляда, а иногда кажется, и чутье тоже.

Ушел он, впрочем, недалеко, и тут же вернулся.

– Слишком уж неожиданно. Всяко бывает, но чтобы украли труп, только труп, и ничего, кроме трупа… Заключение твое на месте?

Я вздрогнул. Если еще и это…

Но оно лежало в ящике стола – так, как я его вчера положил.

– И на том спасибо, – заключение он полистал, потом отдал поднявшемуся из подвала Виталию. Тот с холода тоже покусился на баклажку, а за ним хлебнул и главврач.

День начался дружно.

Фантазия моя разыгралась. Деревенский Франкенштейн, секта некрофилов, что еще?

Между прочим, не так это и невероятно – некрофилы. Но ведь не моя забота. Или моя? Мы в ответе за тех, кого вскрыли?

Странно, но отчасти я чувствовал себя именно в ответе. Если мы отвечаем за больных, отчего ж не побеспокоиться и о мертвых?

Не нравится мне это дело.

Совсем не нравится.

Еще и Маркиза ночью выла… Не одной ли цепи звенья? Вспоминая поговорку про конюшню, я притворил дверь в кадаверную и пошел работать.

В больнице на меня поглядывали с любопытством, но с расспросами не лезли. Даже представлять не хочется, какие слухи сейчас плодит коллективное бессознательное. Например, что доктор продал тело секте сатанистов, а взлом имитировал сам, для отвода глаз. Но по глупости – доктор-то наш не шибко умен, иначе сюда бы не приехал – взломал дверь изнутри. На чем и попался.

Версия не хуже других, верно? Отлично объясняет взлом, вернее, вылом двери и разбитое окно.

Возвращаясь вечером домой я заметил: в почтовом ящике что-то белеет. Счет? Рановато.

Конверт! Настоящий почтовый конверт! Я прошел в квартиру, вымыл руки. Уселся в кресло, постарался успокоиться и только потом распечатал конверт.

На двойном листке ученической тетрадки была написана одна строчка:

«Доктор! Женщина из Волчьей Дубравы – упырь!»

Я ждал другого письма. Года три, как ждал. Видно, не срок. Подожду еще.

А с этой бумажкой что делать? Отдать Сергиенко на предмет отпечатков пальцев. И вообще, пусть приобщат к делу.

Я посмотрел внимательнее. Не будучи графологом, все-таки рискнул предположить, что писал мне человек средней образованности, среднего возраста, среднего роста и среднего, по меркам Теплого, достатка.

Шутки шутить многие любят, так ведь конверт купить с маркою пришлось, убыток!

Положим, марка литерная, «А», без цены, следовательно, конверт мог быть куплен и раньше, хоть год назад, но расстаться с ним способен лишь человек не без достатка.

Слово «упырь» тоже не всяк знает, значит, Пушкина читал, либо Толстого Алексея Константиновича. Опять же восклицательный знак после обращения и тире перед словом «упырь» – минимум, восьмилетка.

Упырь, да? В тридцатитомной медицинской энциклопедии такого термина наверняка нет.

Я полез за «Мифологическим словарем». Хороший словарь, издательства «Советская Энциклопедия», 1991 год. Последнее «прощай» империи. Начал листать и – нашел!

«Упырь – в славянской мифологии мертвец, нападающий на людей и животных; образ упыря заимствован народами Западной Европы у славян (см. Вампир). Согласно древнерусским поучениям против язычников, те клали требу (приношения) упырям и берегиням до того, как стали поклоняться Перуну. По позднейшим поверьям, упырем становится после смерти человек, рожденный он нечистой силы или испорченный ею (ребенка-упыря можно узнать по двойным рядам зубов), умерший, через гроб которого перескочила черная кошка (черт), чаще – нечистый («заложный») покойник, самоубийца, умерший неестественной смертью, особенно колдун. По ночам упырь встает из могилы и в облике налитого кровью мертвеца или зооморфного существа убивает людей и животных, реже высасывает кровь, после чего жертва погибает и сама может стать упырем. Известны поверья о целых селениях упырей. В литературе, начиная с Пушкина, упыря неточно отождествляли с вурдалаком, волком-оборотнем».

Маловато… Мне бы монографию, толстую, страниц на пятьсот, с иллюстрациями. Внешний вид, внутренние органы, гистология, биохимия…

Однако живы еще предрассудки, живехоньки. И это почти на сотом году советской власти! Ну, не на сотом, это я лишку хватил, да и власть давно не советская, но все же, все же…

Я поставил словарь в шкаф, повернулся к телевизору. Пыль на экране – в палец. Черно-белая пыль.

Достал пылесос и развлекся уборкой. Смена деятельности – лучший отдых. Когда тупо орудуешь щеткой, в мозгах невольно образуются новые ассоциативные связи. Интуиция, озарение, догадка порождаются именно сменой умственного труда на физический. Не очень тяжелый и, главное, необязательный. Лев Толстой пахал, Чехов собирал крыжовник, Эйнштейн играл на скрипке – в его случае это был именно физический труд.