Они вели себя, как ни в чём не бывало: снова что-то переговорили между собой и засмеялись.

Мне хотелось кричать, а главное взывать о помощи… но… всё моментально прошло, но было такое чувство, что я как-то умудрилась связаться за пару секунд до исчезновения жуткого ощущения с Артёмом – я просто видела ту улицу, по которой он шёл, а ещё его тревогу и всего одну быстро бегущую мысль «Эмма».

Рука поймала борт стойки, и я удержалась на ногах.

— Что это было? – откашлявшись, спросила я.

— Ядерная черешня. Лимонад.

— Лимонад? А оно… - я покрутила рукой вокруг своей головы.

— У новичков «да», - скрещивая на груди руки, хмыкнул Толя.

— Да не переживай так, ощущения мерзкие… - вставил мною поверженный. – Но потом будет приятнее. На вкус вроде бы та же кола, но вкуснее. Намного.

Я недоверчиво посмотрела на бутылку и, пересилив себя, сделала новый глоток. Ощущение было настолько новым, что не описать словами. Вначале действительно показалось, что я выпила обычную колу, но дальше это было что-то между соком из черешни и поглощением черешни со сливками, если вы когда-нибудь пробовали. Но это был приятный вкус, не приедающийся и не сладкий. Но вкусный. Безумно вкусный.

— Ну и? – с немигающим взглядом поинтересовался парень.

— Это отпад, никогда такого в жизни не пробовала!
– призналась я. – Меня Эммой зовут, - решила быть вежливой я и вновь протянула руку.

Парень без колебаний пожал её, а зетам поцеловал и уж потом произнёс с улыбкой:

— Я – Дмитрий.

Я посмотрела на этого Дмитрия иными глазами. Итак, он был златовласым и очень-очень бледным. Впрочем, его это только красило. У него были красивые скулы и ясные золотистые глаза, во много раз красивее моих. И сидел он грациозно, хоть и ссутулившись.

— Очень приятно. – Я снова сделала глоток понравившегося питья и спросила: – Я, наверное, наглею, но вы не подскажете, как вернуться на главную улицу? Или как там? И главный вопрос – где я и почему здесь так мало людей?

В этот момент в бар зашло двое мужчин в костюмах прошлого века, и отвесили поклон бармену, который стал намывать, потеряв собеседника, подпевая себе под нос, барную стойку.

— О, так ты даже не подозреваешь… - он поднёс к виску палец и стал внимательно глядеть мне в глаза. – Ну да, всё ясно. – Он расслабленно расселся на стуле, щёлкнул бармену и спокойно, будто так и надо сказал: - Я – вампир, а это наш район, поэтому у нас так безлюдно… Хотя по сравнению с вчерашним днём - то это рекорд.

Я ошарашено перевела взгляд с Дмитрия на остальных в баре. Они действительно были ненормальными людьми. Если я привыкла в некотором роде к привычкам волшебников, то это… Значит, в его стакане была кровь? Я сглотнула.

— Ты не бойся, Эмма. Тебя никто не тронет. Мы цивилизованные вампиры, пьём только… - к нему по стойке промчался стакан, и он его быстро поймал и сделал глоток. Облизал пропитанные кровью губы и улыбнулся. – Я помогу тебе выбраться, я же проиграл спор.

— Я как-то… вампиров…

Он театрально закатил глаза и протянул мне руку.

— Доверься мне, с ветерком провезу…

— Но…

— Ты куда хочешь именно попасть? – он встал. Стал разминать шею, руки и ноги.

— Я же…

Он поймал меня за талию.

— Толя, ты знаешь – я скоро вернусь… Так что приготовь мне ещё один стакан кровавой Мэри со льдом и побольше крови.

— Да без проблем, Дим.

Дмитрий кивнул, покрепче сжал мою талию и изогнул брови.

— Я и в голове твоей узнать могу…

— Мне… ну… почта, да почта.

Он кивнул, и мы действительно помчались! У меня перед глазами улица сменялась улицей, превратившись в расплывчатое серое пятно, пока мы не оказались перед старым с красивой вывеской с золотыми буквами на чёрном карнизе здании почты.

Я охнула, чуть не оступилась, но выпрямилась и побрела прямиком внутрь, забыв обо всём и в особенности о том, что перед глазами слегка всё плыло. Пройдёт.

Когда я оказалась внутри здания, то замерла в немом восхищении. Здание было очень красивым. Огромный зал со стенами из гранита и пола с золотыми полосками и деревом. Море столов и корпящие над документами волшебники. Ещё были в забавных коричневых формах настоящие летучие обезьяны. Вот что-что, а чтобы обезьяны и ещё летучие – почтальоны – это да, сказка.

— Вы чего-то ищите? Или хотите отослать письмо? – ко мне подошёл в почти таком же коричневом фраке, как и костюмы обезьян, человек и я сразу же перевела взгляд на него, выйдя из ступора.

— Да, я хотела бы…

— Ваше имя, - терпеливо и слегка высокомерно поинтересовался мужчина, надевая пенсе.

— Гордеева Эмма, - не задумываясь, отозвалась я. – Так вот…

— На вас пришло письмо месяца два назад из Гномьей горы около Колдинента.

Я ошарашено молчала.

— Вы знаете некого Иннокентия Борова?