— Простите, Немова хорошо учится на вашем предмете? – у меня чуть челюсть не упала, так как Немова всё что делает на уроках – болтает, на любых. Хотя да, они однажды делали в прошлом году с Мариной проект и получили за него заслуженные пятёрки, но мы с Филом тогда получили по две, но всё же… Это не вызывало ни зависти, ни злости – просто удивление, так как я никогда бы не смогла, особенно сейчас с моей рассеянностью, делать сто дел сразу, хотя мама часто попрекала меня Цезарем, может и могла, но уж точно не сейчас…

— Да, и самое удивительное то, что она при этом много без дела болтает – наказывать за болтовню я её не могу – от неё идёт отдача, – заметил слегка удивлённый учитель, хотя мне казалось это наигранным.

— Простите Николай Николаевич, но причём здесь я? – всё-таки не выдержала я.

Учитель пристально в меня всматривался, а потом отстранённо произнёс:

— Я уже сказал. Надеюсь, вы исправите сей «проблемку», юная волшебница. Не хотелось бы вам снижать оценку из-за такого… - он развёл руками, а потом добавил: – Хорошего вечера, Эмма. – И зашагал прямо по коридору.

Навстречу ему пошёл тот бездельник, не замечая никого и ничего, поэтому он и Николай Николаевич врезались друг в друга. Ученик сразу стал раскидываться в извинениях, но учитель заткнул его всего одним поднятием руки. Помог ему поднять книжки и похлопал по плечу и вновь пошёл по коридору.

Я пожала плечами и пошла медленно по коридору, ища открытый класс, чтобы вдоволь обреветься и тут парень приблизился ко мне и дёрнул на себя.

— Эй, ты чего? – изумилась я, вырывая руку.

— Я давно хочу тебя, – серьёзно сказал парень, и у меня перехватило дыхание. Он не был прямо красавцем, он был обычным, причём ещё его глаза – полные огня пугали меня, и я просто боялась сделать вздох, не то, что выдох!

— Я рада за тебя, - наконец нашлась, что сказать я и, оттолкнув его локтем, двинулась назад. – Псих какой-то, – пробурчала про себя.

А потом все вдруг закружилось и завертелось, что быстрые действия расплылись в одно – в огромную боль. Вот я иду, а вот меня ловят, тащат и со всей дури ударяют головой об стену. Голову кружит, ноги подкашивает, и я опираюсь на кого-то, уже не соображая, что делаю. Главное ведь меня поддерживают?

Потом меня тянут куда-то, где темнее, чем было в коридоре. Что-то касается моей шеи, лица, губ, но я совсем не соображаю что, что-то влажное и мерзкое – лучше бы меня Артём руками гладил, чем это… Я пытаюсь посмотреть глазами, что происходит, но всё плывёт… Неужели результат того падения позапрошлым летом от одного удара вернулся? Я помню, что тогда я была на грани между чем-то и чем-то, Артём говорил, но чего?

Руки трясясь поднимаются перед лицом, пытаясь навести иллюзии, но они не хотят работать, как тогда, на поляне… Нет, только не это – не может оно того быть! Я пропала…

Яркий свет заливает мне близорукие от удара головой об стену глаза, и я щурюсь и стону. В дверь, да-да, я различила силуэт, вошло двое – парень и девочка, я вижу это по длинным волосам. Они обжимаются и хохочут, но, похоже, когда они увидели меня, то перестали. Неужели я не одна? Разве?.. Полуобморочное состояние начинает брать верх, кажется вот он – конец… Но в следующую минуту парень почему-то в двери оказывается один и стремится к нам. С меня что-то падает и мне становится легче дышать. Я пошатываясь бреду на свет из коридора, всё время падая и спотыкаясь, а потом я услышала звук удара… Это было противно. Я замерла на месте и хоть стояла, но почему-то всё прыгало – неужели я сейчас похоже на пьяницу?

Чьи-то бережные руки, на которые тело отреагировало моментально, взяли меня за талию, а потом я вдруг оказалась на чьих-то руках. Я крепко прижалась к чей-то груди, слушая равномерный ритм сердца, хотя слегка волнующий моё. Я разревелась и была прижата ещё крепче.

Мы куда-то шли, прошли пару лестниц, а потом всё кругом залил свет. Наверное, зал Лестниц, ещё пару лестниц по нему и проход через двери. Остановка и потом меня уложили на мягкую кровать.

— Эмма, хорошая моя, ты слышишь меня?

Взгляд сфокусировался, и я увидела своего спасителя. Впрочем, меня должно было возмутить то, что до того как на меня напали я с ним цапалась, а он потом обжимался с какой-то блондинкой, но нет же – я не корила его, я была благодарна.

— Почему ты находишься всегда там, когда надо? – подняла я на него глаза.

— Наверное, потому что я – герой.

Я фыркнула, но мне резко стало больно, и бережные руки положили мне на лоб что-то прохладное.

— Так лучше? – поинтересовался Артём.

Я не сводила взгляда с его глаз.

— Ты сильно получил от него, - я коснулась пальцами его нижней губы и стёрла кровь. Он улыбнулся.

— Ерунда, важнее ты и твоя голова – болит?

Я задумчиво прикрыла глаза.

— Да нет, - и сразу открыла. – Только когда резко делаю движение – это пройдёт, - попыталась успокоить его я.

— Хорошо, но тебе нужно поспать.

— А ты уверен? Вроде когда по голове получаешь лучше не спать – а то вдруг что… - я пожала плечами, и это было не больно, просто неприятно. Я вопросительно глядела на друга.