— Скорее всего, в лодке, ну знаете, из сумки выпал. Я иногда забываю её закрыть. Так как, когда я шла с урока, он был там, да. – Я незаметно стрельнула глазами вверх, где ребята показывали мне поднятые больше пальцы.

— Будем, надеется, что он там. – Кивнул взрослый миротворец. – Я пойду, поищу – а ты жди здесь. Дрой тебя если надо защитит.

— ‘Агзумеется, - не отводя от меня взгляда, согласился молодой.

Я улыбнулась ему, закинула за спину свои локоны и обернулась. Ребята уже бежали по лестнице.

— Он точно ничего не вспомнит? – недоверчиво прошёл мимо миротворца Саша, помахав перед его лицом рукой.

— Ты же до сих пор жив, ведь Марина тогда стёрла им память очарованием, – нахмурился Филипп, усевшись над кругом соли, что ещё был на полу. – Ну что же, узнаем, для чего он был создан. – Он навёл на него палочку.

— Времени всё меньше, - напомнила Эмма, шагая вдоль стен, глядя себе под ноги.

Саша нехотя согласно кивнул и поплёлся смотреть также пол, подсвечивая себе палочкой.

Я тоже не осталась стоять истуканом, оглядываясь по кругу и всё чаще поглядывая на дверь.

У Филиппа неожиданно лицо стало недовольным, и он стал всячески тыкать палочкой в соль. Эмма стояла на коленях, что-то найдя в полу и под нечленораздельную брань, пыталась что-то вытащить из-под камня.

— Что там? – спросила я, подбегая к подруге.

— Какая-то бумага, - она поднялась на ноги и распрямила клочок с печатными буквами, стала читать. – Он парализует. Он заставляет сердце стучать быстрее. От него бросаешься в бегство, в панику. От него седеешь и в конец можешь умереть…

— Что это за бред? – спросил Саша. – А что сзади?

— Ничего, - обернула клочок другой стороной Эмма. – Пусто. И это может быть чем угодно! – развела она руки. – Может быть подсказкой, а может быть чьим-то мусором!

— Времени всё равно обсуждать всё здесь нет, идёмте. – Филипп стал толкать Эмму и Сашу, и они быстро побежали к лестнице. Как раз вовремя из двери вышел взрослый миротворец, неся в руках книгу. Я улыбнулась, поняв, что без Эммы тут не обошлось.

— Вот, - протянул он мне учебник, и я с кивком также помчалась наверх.

— Спасибо!

Магия очарования завершилась, но Дрой так и продолжал пускать на меня слюни. Я подмигнула на прощание и очутилась перед друзьями.

— Ну и?

Эмма поглядела на книгу в моих руках и та растворилась в воздухе.

— Мы решили, - сказал за всех Саша. – Что это выдрано из какой-то старой книги. Возможно из библиотечной, из той, что никто не читает. Старой. Видишь бумагу – она вся жёлтая!

— Допустим, - согласилась я, - но что из этого следует?

— Следует то, что мы не знаем, – признался Филипп. – Лучшее, что мы можем сделать – это разойтись – подумать.

— Отличный план, - закивала я. – Тогда я смогу купить себе наряд для карнавала.

Эмма, Филипп и Саша закивали, и помчались наверх.

— Увидимся! Может, что придумаем или узнаем!

Потом они стали что-то шептать между собой, и я побрела назад через коридор с картинами.

Я села на скамью, под огромной фигурой, в прихожей перед залом столовой. Стала ждать Дашу. Руки скрестила на груди, покачивая ногой, в такт напивающей себе под нос песенки.

— Призраки… - вдруг вернулась я мыслями ко всему произошедшему. – Нападение на Свету…

— Эй, Марин! – рядом подсела Мила, светясь довольной улыбкой. – Ты чего здесь, а не там? – она кивнула головой на Столовую, которая превратилась в целый базар ларьков.

Её пышные золотистые локоны были собраны в хвост, а голубые глаз излучали любопытство.

— Дашу жду. Или она там? – Я уже было встала со скамьи, но Мила усадила меня на место.

— Нет её там, но всё же… оперативно они? Сказали только, что всё будет в четыре, а они на тебе и сейчас, даже уроки отменили!

— Да, это да… - я снова подумала об утреннем нападении. Вряд ли надо говорить об этом Миле, ясно одно – это было нападение – круг из соли был просто так, том в смысле, что девочка защищалась, а не колдовала.

— Мила! Марина! – к нам подлетела Даша, на которой весела огромная сумка на плече, что перевешивала её в правый бок.

— Что там? – спросили мы с Милой, помогая Даше сумку поставить на скамью.

— Как что? – удивилась она. – Декорации к Полуночному карнавалу! – улыбалась она. – Я ответственная за них!

— Да, это мы видим. Никого посильнее не нашли, да? – нахмурилась я.

— Ой, брось, мне не в тягость. Тут недалеко до здания практики.

— Значит, в здании Практики будет? – изумились мы.