– Не совсем, – возразила Рашель. – Я знаю пару хороших хакеров. Кое-что мы сможем вытянуть – по моим подсчетам, порядка восьмисот пятнадцати тысяч.

– Виноват, ошибся, – саркастически бросил Зерба. – Но это все равно ближе к нулю, чем к ста шестидесяти трем миллионам, на которые мы подписались. Ух, попадись мне этот засранец еще раз…

– Не попадется, – вставила Бинк. – Кем бы он ни был, он профессионал.

– Или имперец, – прорычал Дозер.

– Или имперец, – согласилась Бинк. – Я к тому, что мы понятия не имеем, как он выглядит на самом деле. Эта повязка через все лицо – идеальная маскировка. Он исчез навсегда и больше не появится.

– Так что нам делать? – пожелал знать Келл.

– Заберем то, что сможем, – вымолвил Хан, силясь обуздать горечь разочарования. Прахом пошла мечта освободиться из кабалы Джаббы. Прахом пошли все мечты. – Рашель сказала, восемьсот пятнадцать тысяч могут быть наши. Это по восьмидесяти одной с половиной тысяче на брата. Не так уж плохо для пары недель работы.

– Восемьдесят одна с половиной? – переспросил Зерба, хмурясь. – Я насчитал девяносто с хвостиком.

– Нас десять – значит, восемьдесят одна с половиной, – напомнил ему Келл.

– Но здесь нас только девять.

– Лэндо тоже получит свою долю, – твердо сказал Хан.

– Я думал, его доля – компромат, – наморщил нос Зерба.

– Компромат, который ему так и не достался, – парировал Соло. – Значит, он забирает десятую долю суммы, на которую мы подписались.

– И ты отвезешь ему деньги самолично? – фыркнул балосар. – Вот на это я бы глянул.

– Он получит деньги, – повторил Хан, оглядывая трофеи, разбросанные по столу. От прочих инфокарт толку было ноль: подробности контрабандных операций Виллакора, которые заинтересуют разве что прокуроров, но отнюдь не горстку «свободных художников».

Однако оставалось еще пять инфокарт с компроматом. Как и все прочие, они не представляли большого интереса для тех, кто собрался в этой комнате.

Но, возможно, заинтересуются другие. Из того, что Хан успел рассмотреть на Явинской базе, повстанцы были большими любителями грести под себя все, что плохо лежит. И если им повезет откопать криодекс, может статься, файлы с компроматом еще сослужат им добрую службу.

А если так, возможно, ему удастся вытрясти из Додонны еще одну награду. Ее, скорее всего, не хватит, чтобы остаток жизни провести на курорте – как подразумевала их последняя работенка, – но, по крайней мере, они с Чубаккой хоть на минуту смогут вздохнуть свободно.

Он наскоро произвел расчеты в уме. Если он сколотит достаточную сумму, чтобы откупиться от Джаббы…

– Подслащу вам пилюлю, – предложил он. – Я выкуплю ваши доли компромата по восемнадцать с половиной за каждую. Тогда у каждого из вас будет ровно по сотне тысяч.

Чубакка вопросительно проурчал.

– Разумеется, твою долю кредитов я тоже включил в расчет, – подтвердил кореллианин. – Иначе как бы я насчитал по восемнадцать с половиной на каждого?

– Сперва эти карточки нужны Лэндо, теперь тебе… – подозрительно буркнул Зерба. – Вы знаете что-то такое, чего не знают остальные, но не говорите?

– Вовсе нет, – отмахнулся Хан. – Просто подумал, что лишние кредиты вам всем не помешают. А нам с Чуи – каков прок?

– Ты мог бы расквитаться по долгам с Джаббой, – заметила Бинк.

– Для этого у нас хватит сбережений, – заверил ее Хан.

– Вообще-то… – начала было Рашель, но сразу же примолкла. – Ладно, не берите в голову.

– Так что, по рукам? – спросил Хан.

Остальные переглянулись.

– Меня устраивает, – сказал Келл.

– Меня тоже, – вторил ему Дозер.

– Давай, почему нет? – проворчал Зерба. – Мне эти файлы все равно нафиг не сдались.

– Ну и отлично, – подытожил Хан. – Оставьте Рашель координаты для связи, и она вышлет вам ваши доли, когда хакеры сделают свою работу.

– И никому ни слова о том, чем мы тут занимались, – добавила Рашель. – Никому.

– Не вопрос, – кивнул Келл. – Кто вообще нам поверит?

– Только те, кто готов убить нас за то, что мы тут наворотили, – проговорил Зерба, поднимаясь. – Ладно. Удачи всем. И чистого неба.

– Было приятно не иметь с вами дела, – ехидно протянула Тавия.

– Да, Хан. Чего бы это ни стоило – было весело, – поддакнула Бинк, также вставая. – Зови нас, когда еще что-нибудь подвернется.

После недолгих прощаний все, не считая Хана, Чубакки, Рашель и Винтер, вышли из комнаты.

– Ты что-то хотела? – спросил Хан у алдераанки.

– Много времени это не займет, – ответила Винтер. – Сперва хотелось бы выслушать то, о чем собиралась сказать Рашель.

Вуки одобрительно рыкнул.