Скайуокер укоризненно посмотрел мне в глаза:

– Ганторису пришлось многое испытать. Он умудрился так сплотить народ на Эол Шатак, что они сумели выжить в ужасных условиях. Несмотря на суровый и часто жестокий вид, он не так уж плох. Да, тщеславен, да, честолюбив. Но он никогда не ударит тебя. По крайней мере, физически.

– Вот! А то я уж было пустил скупую мужскую слезу. Но за разъяснение спасибо.

– Возможно, ты поможешь ему.

Меня аж замутило, но я вежливо осклабился:

– Постараюсь.

– Ты должен.

– Если он мне поможет. Если он будет мешать, то все усилия пойдут прахом.

– Договорились! А теперь – к трапезе, к трапезе. Нынче трудный день, трудный для всех. Приступаем к заключительной части курса джедая.

Последующие дни оказались не хуже. Открытие следовало за открытием. Первое общение с Силой послужило катализатором. Кейран Халкион дорвался до запретного плода, и он оказался сладок. Ох, как сладок.

Было здорово находить в себе новые возможности и с восторгом экспериментировать. Друзья только посмеивались, когда я устраивал невинные розыгрыши. Узнав, например, что Тионне мечтает перекрасить волосы, я удумал недурственную идею…

Посадив красавицу перед зеркалом, начал внушать ей необходимую информацию.

Сменив несколько вариантов, мы остановились на светло-каштановом. Но Тионне так и не решилась сменить имидж. Увы, немного не рассчитал свои возможности. Я переключился на цветы – букеты из свежесрезанных оркид в комнате Кираны Ти теперь каждый час были другого цвета.

Мастер Скайуокер нашел мои эксперименты забавными и полезными. С каждым днем он уделял мне все больше внимания. Во время индивидуальных сеансов я учился концентрироваться и преобразовывать энергию.

Люк настраивал всех слушателей чувствовать себя комфортно и свободно, черпая Силу из окружающих источников. Ни о какой дисциплине не шло и речи – Люк сардонически ухмылялся, когда кто-нибудь из нас требовал придать занятиям организованность и порядок. А зря! Ибо каждый из нас чувствовал Силу по-своему. В итоге очередная встреча превращалась в энергетический бедлам. А Люку нравилось. Видимо, эти дни напоминали ему прежние времена его ученичества.

Однажды глубокой ночью нас разбудили и собрали в одном из туннелей замка, где никто еще не бывал. Сонные, зевающие до ломоты в скулах, мы оглядывали потемневшие от времени ступени, ведущие в темень. Холодный сырой воздух предательски проникал под теплые плащи, заставляя поеживаться.

Вниз и вниз. Мы спускались, поддерживая друг друга. Наконец идущие впереди остановились.

Я увидел напротив Тионне мерцающий влажный свет. Он шел от стены.

Ганторис осторожно приблизился и попытался до нее дотронуться. До стены, разумеется, не до Тионне. Но тут же одернул руку.

Люк, не проронив ни слова, отстранил торопыгу и нажал на секретную панель.

Стена медленно, с жутким скрипом, поползла в сторону. Мы увидели извилистый лаз.

Я шел последним. Впереди Люк освещал дорогу.

По обеим сторонам журчала пещерная весна: сталактиты и сталагмиты образовывали замысловатые фигуры – безмолвных стражей подземного лабиринта. Под ногами мелкой россыпью хрустели камешки и что-то еще, о чьем истинном происхождении не хотелось думать. Путь перекрыло огромное озеро, удивительно чистое, глубокое и синее. Вода в нем казалась живой и яркой в окружении белых минералов.

– Почти у цели, – изрек Люк и погасил фонарь.

Двое из группы глуховато взроптали, но их быстро прервали. Свет почему-то казался вызывающим и ненужным. Стеклянная гладь светилась изнутри, словно магическое зеркало.

– Это особое упражнение, дозволяющее абсолютно раствориться в Силе. Здесь идеальная температура. Вы можете плавать, нырять, качаться на воде. В общем, все, что угодно. Ваша стихия – вам в ней и…

По глади озера пробежала мелкая рябь, и все опять стихло.

Скинув одежду, я ступил, ощущая меняющееся мягкое дно. Тело окутала прохлада, легкий ветерок взъерошил волосы. Вода ласкала меня, принимая, словно гигантское ласковое лоно.

Внезапно сознание обожгла горькая мысль: как мало мы с Миракс были вместе, как бесшабашно расходовали время, оставляя любовь на потом!

Рядом со мной плескались смутные тени – другие адепты заново познавали мир.

Откуда-то сверху нас накрыл чей-то голос.

– Нет эмоций, только покой… – произносил он слова древнего кодекса с такой убежденностью, что я невольно стал повторять вслед за ним. – Нет неведения, только знание… нет страсти, только спокойствие… Смерти нет – только Великая Сила…