Голографический Бодо Баас протянул в ее сторону свою когтистую лапу.

– Для нас нет эмоций, а только покой, – напомнил он.

Тионне взглянула на него глазами, полными слез.

– Это так ужасно… Ты даже представить себе не можешь.

Виртуальный джедай покачал головой:

– По ком пролиты эти слезы – по твоему павшему товарищу или по тебе?

– Что? – голос ее сорвался от страха.

Она громко шмыгнула носом и ткнула пальцем в голограмму, но краем глаза увидела меня, и слова, которые она приготовила для Бааса, застряли у нее в горле. Вместо ответа, она кивнула мне, и ее всю передернуло.

– И как только кто-то мог сделать такое с Ганторисом?

Я кивком поприветствовал Бодо Бааса, затем стал на колени рядом с Тионне и обхватил ее руками, позволив потоку слез пролиться на мою тунику. Она вцепилась в меня изо всех сил и уткнулась лицом в плечо. Я погладил ее волосы и едва поборол искушение поцеловать густые пряди на затылке.

– Успокойся, Тионне. То, что произошло с Ганторисом, было просто жутко, но это не повториться ни с кем другим.

Мой взгляд наткнулся на нечеловеческие глаза Бодо Бааса:

– Ты, джедай, говоришь слишком конкретно о том, в чем есть много непознанного.

Я ответил строкой из Кодекса:

– Нет неведения, только знания.

– Да, – прошипел хранитель. – У тебя есть вопросы ко мне?

– Одну секунду… – я опустил руки на плечи Тионне и слегка оттолкнул ее. – Ты не могла бы помочь мне с Холокроном? Ты ведь в нем получше моего должна разбираться.

Она снова шмыгнула, затем утерла слезы своими изящными длинными пальцами.

– Как ты можешь оставаться спокойным после того, что ты увидел?

Какое-то мгновение я держал в руках не ее, а бестелесный призрак моего отца.

– Прошлое готовит нас к настоящему. Не хотелось бы этого говорить, но я видел трупы пострашнее. То, что я увидел в комнате Ганториса, было омерзительно. И меня это тоже напугало, но я прилагаю все усилия, чтобы не потерять контроль над собой.

Тионне всхлипнула и села, прислонившись к холодной каменной стене крошечной комнатки. Она сложила руки на груди и уставилась на основание каменного пьедестала, на котором лежал Холокрон.

– Ты, должно быть, считаешь меня слабой.

– Ни в коем случае.

– Не лги. Вчера вечером тебе пришлось спасать меня, а сейчас ты нашел меня здесь, а я… – она осуждающе на меня посмотрела. – Не понимаю, как тебе удается скрывать свое презрение ко мне.

– Ты можешь считать, что я его скрываю, а можешь поверить и в то, что его на самом деле нет, – я с трудом заставил себя остаться спокойным. Второй выбор окажется верным.

Она протянула мне руку, и я сжал ее в своей ладони.

Тионне закрыла глаза, и я почувствовал, как ее сознание устремилось ко мне. Прикосновение ее разума показалось после мощного вторжения Люка робким шепотом, но все же проникло в мои поверхностные мысли. Я сознательно оставил их открытыми для нее, а под ними укрепил слой той личности, что носила имя Кейран Халкион. И хотя я старался не пускать ее глубже, она проскользнула в мои сокровенные мысли и нырнула в сердце.

Она вздрогнула и разорвала контакт, затем ошарашенно воззрилась на меня:

– Тебе нанесли удар, сильный удар.

Я пожал плечами:

– Я выжил.

– Но большая часть твоего "я" осталась скрытой, – она подмигнула мне. Учитель признался нам, что Дарт Вейдер – его отец. Что за секреты у тебя? Неужели еще страшнее, раз ты боишься ими поделиться?

– Не страшнее, а просто скучнее. Они отвлекли бы тебя от занятий, а здесь работы и так хватает.

Тионне улыбнулась, и я обрадовался, увидев, как снова оживает ее лицо.

– Они могли бы отвлечь других, но не меня. Я планирую слагать песни о подвигах джедаев, поэтому мне необходимо знать все о Кейране Халкионе.

Не успел я возразить, что ничего такого во мне особенного нет, как заговорил Бодо Баас:

– Кейран Халкион был прославленным кореллианским джедаем. Он благополучно положил конец селонианской секте «Афаратху», которая наводила ужас на систему Корел.

Холокрон проиллюстрировал эти слова Бааса изображением мужчины более крепкого, чем у меня, телосложения, с такими же усиками и бородкой, как отрастил недавно я. Его длинные черные волосы были собраны в хвостик на затылке, а в руке он держал лазерный меч с серебристым клинком.