– В гостиницу ехать?

– Ни в коем случае! Там они ее тоже найдут. Воспользуйтесь нашими явками. На Луначарского есть свободная комнатушка, а на Белинского целая квартира. Там, правда, с мебелью бедновато, зато никаких соседей.

– А мы что же?
– поинтересовался Лосев.
– Здесь будем сидеть или тоже куда двинем?

– У нас, Тимох, задачка будет поинтереснее. Мы с вами отправимся в лес.

– Я так понимаю - не за ягодами?
– Лосев мигом просветлел лицом.

– Угадал, - Харитонов кивнул.
– Пойдем вызволять Стасика. Ждать далее опасно, так что пора вызванивать всех наших: Гришу Росомаху, Виталика с Китом и прочих.

– Жаль, Гринев в больнице, - он бы нам пригодился.

– Это само собой, но тут уж ничего не поделаешь, придется работать без него.
– Дмитрий вздохнул.
– Как бы то ни было, но карты через свою службу он заказать успел. Вот и воспользуемся возможностями спасателей. Прямо сейчас свяжусь с его коллегами.

– Да брось!
– усомнился Маркелов.
– Когда им было успеть! Это ведь не пуп почесать, - из космоса снимок сделать!

– Вот и видно, что отстал ты от жизни, Сергунь. Американцы, когда Ирак бомбили, каждый день сотни снимков успевали сделать. Мы, конечно, не американцы, но и у нас своих спутников хватает. На МЧС, по моим сведениям, аж три спутника пашут. Отслеживают циклоны с антициклонами, фиксируют лавиноопасные районы и прочую хрень. Ну, а цифровая фотография, сам, наверное, знаешь, сегодня копейки стоит. Так что удовольствие это элитное, но не такое уж и дорогое. В общем, если сумеем высмотреть на фотографиях нужные подробности, считай - дело в шляпе. Домчим туда с ветерком и песнями.

– Тогда что, по коням?
– Тимофей грузно поднялся.

– Бронежилеты, - строго напомнил Харитонов.
– Надеваем всю свою сбрую. Еще и каски прихватим.

– Каски? Так ведь жарко!… - Серега Маркелов поморщился.

– Никаких «жарко»! Я сказал: берем с собой все свои доспехи. И Мишаня с Юриком, и все остальные. И чтоб без фокусов мне!
– голос Дмитрия в одну секунду построжал, глаза сердито блеснули. Спорить с ним никто не решился. Наступал час «Х», и вновь из вольных людей они превращались в солдат - в ту самую рабочую «скотинку», безропотно исполняющую самые жестокие команды. Никто из них не любил чинопочитания и дисциплины, однако в ситуациях вроде нынешней подчиненность превращалась в первейшую необходимость - и всем «кандагаровцам» приходилось с этим мириться…

– Короче, действуем по-наполеоновски!
– оживленно вещал Мишаня.
– То есть, шустро, нагло и незамысловато.

– Это как же?

– А так, Василиса - бабка головастая, сама все за нас придумала. У тебя ведь твой костыль еще сохранился?

– Ну, да.

– Значит, заезжаем к тебе домой и забираем костыль. Я тебе еще очечки дам с обыкновенными стеклами.

– Зачем?

– Затем, что будешь у нас слепеньким калекой. Такая у тебя нынче роль, Юрок. Я на этот раз сижу в прикрытии. Пока ты не поднимешься к Василисе, держу под прицелом двор и всех посторонних, ну, а ты…

– Я иду в гости к Василисе и отзваниваюсь тебе.

– Верно! Словом, прямо сейчас туда и отправимся. Машину оставляем за ближайшим углом и вылезаем. Пока я сканирую двор, ты со всем тщанием изображаешь хромого. Пройдешься этаким Паниковским мимо патрульной машины и зайдешь в подъезд.

– У них код, наверное, есть?

– Код есть, но нужные циферки Василиса уже продиктовала. Так что заходишь в подъезд и аккуратненько поднимаешься на пятый этаж. Я ее предупрежу по трубке, так что дверь она откроет. Ну, а во двор вы больше выходить не будете.

– То есть как? Вылетим в окно, как птички?

– Угадал, но не совсем. На первом этаже у старухи клиентка, она Василису знает в лицо. Спуститесь вниз и культурно постучитесь. Окна у клиентки выходят на проспект, так что откроете шпингалеты и помашете мне платочком.

– Но там же, наверное, высоко. Ей что, прыгать придется?

– Не придется. Как только вы мне помашете, я на машине подрулю к самым окнам. Сначала аккуратненько спустим ее на крышу, а потом и на землю. На всякий случай прихватим с собой багажные ремни. Старуха нетяжелая, так что справимся!

– Ну, ты даешь!
– Пусвацет в изумленнии покачал головой.
– Это ведь не шкаф и не холодильник, - живой человек.

– Этот она сейчас живой человек, - со значением произнес Мишаня, - а уже к вечеру, если мы не выведем ее из дома, может стать абсолютно неживым телом. Так что потерпит. Тем более, что план этот она сама придумала. В крайнем случае, пригласим кого-нибудь из прохожих, помогут.