«Иного не желал.

Ты верен в малом был и вот, отныне,

тебе во власть твою

я десять городов под небом синим

со всем богатством их передаю».

Раба второго требует хозяин.

«Мой господин, – тот молвил, – видит свет

в трудах своих добыл я пять монет

за мину, что ты дал мне уезжая».

«Подарка лучше нет, –

сказал рабу вельможа и добавил:

тебе пять городов

отдам я в управленье, чтобы правил

ты ими как умеешь и готов».

А третий раб промолвил виновато:

«Твоя монета здесь.

Я завернул в платок её и спрятал. 8

Хранить твоё – для нас большая честь.

Я в оборот пускать её боялся.

Ведь ты жесток: берёшь, чего не клал

и жнёшь, чего не сеял, не сажал,

и деньги потерять я опасался.

Теперь я всё сказал». 9

«Лукавый раб! Тебя судить я буду, –

воскликнул господин, –

твоими же словами. Дал я ссуду,

но мину не умножил ты один.

Ты знал, что я жесток и непреклонен,

что жну, чего не сеял, не сажал,

беру, что по душе, чего не клал.

Так почему же в оборот законный

ты мину не отдал,

чтоб возвратившись, с прибылью изрядной

я получил её?

Не страх ли перед долгом неоплатным

опутал сердце слабое твоё»?

И приказал: «Его возьмите мину,

тому отдайте, кто десяток мин

умело заработал лишь один».

А слуги возразили властелину:

«Помилуй, господин,

ведь тот и так уж десять мин имеет»!

Но царь ответил им:

«Даю тому, кто умножать умеет

таланом и желанием своим.

У неимущего отнимется и кроха,

что он имеет и дрожит над ней –

над робкою надеждою своей.

Но всем дана широкая дорога

и день идти по ней!

Ну, а врагов, мечтающих с тоскою,

чтоб я не правил тут,

введите и избейте предо мною. 10

Пусть навсегда от глаз моих уйдут». 11

…Шесть дней до Пасхи. Из Иерихона

в Вифанью Иисус пришёл опять,

друзей Своих желая повидать.

Он к Иерусалиму неуклонно

подходит, чтоб принять

там смерть и муки за грехи людские…

В Вифании Его

ждал ужин в доме Марфы и Марии

и кров гостеприимный для Него.

За ужином прислуживала Марфа.

Там Лазарь, воскрешенный, с ними был

и Господа за жизнь благодарил.

Мария же взяла полмеры нарда 12

(он издревле служил

как миро – царь восточных благовоний)

и тихо подошла

к Тому, Кто высших почестей достоин,

и ноги Иисуса полила,

омыла их и волосом роскошным

их осушила, косы распустив

и душу к Иисусу устремив.

И аромат таинственный, тревожный

дыханьем подхватив,

развеял лёгкий сквознячок по дому.

И тут Симонов сын