– Странно, на моей памяти это впервые! Раньше на такие праздники дипкорпус не приглашали.

– Все послы были?

– По моим сведениям, да.

– Что-то меняется в этом мире.

– Что ещё интересного сообщает Джи-Джи, Фрэнк?

– Большие корпуса на верфях Мицуи – танкеры, а не авианосцы. В визе в Японию ему не отказали. По его оценке, военных приготовлений не наблюдается. Андреев сказал, что дорогие и бесполезные военные игрушки никому сейчас не нужны.

– Тем не менее они достраивают свой «Североморск» и очень жестко и требовательно относятся к срокам!

– За него они платят деньги и ведут себя как покупатели, и только.

– Они прислали экипаж и подняли на нём свой флаг. Привезли какую-то аппаратуру, монтируют её, но никого в эти помещения не пускают. Ещё раз изменили конструкцию мачты. Что-то постоянно дорабатывают и меняют.

– Флот всегда славился своими секретами, Генри. Судя по докладу Уиллиса, русские усиленно работают в области химии, новых материалов, химии нефти. Курирует эти направления лично Андреев. Он сегодня главный секретоноситель в СССР.

Моргентау говорит, что русские проявляют активность на всех биржевых площадках в мире. Объёмы капиталов просто впечатляющие. До войны этого совершенно не наблюдалось. Практически сегодня они могут обвалить любой рынок.

– Что предлагает мой тёзка?

– Железный занавес и девальвацию доллара. Не пускать на рынок русских. Выжать их с наших биржевых площадок законодательным образом. Установить высокие ввозные пошлины на все товары.

– Фрэнк, такие меры закончатся и для него, и для тебя свинцовой точкой. Ты же хорошо знаешь наши нравы.

– Поэтому я и не соглашаюсь, но русские объявили жесткий курс рубля и на Новый год обменяли довоенные деньги один к десяти и в очередной раз снизили потребительские цены внутри страны. И объявили о возможности проведения внешнеторговых операций в новых рублях.

– Какова цена?

– Пятьдесят рублей за унцию, но только через центральные банки стран унии. Унию подписали двадцать пять стран. Торгуют уже несколько дней. Успешно. Объявлено о нескольких довольно больших контрактах с Бразилией, Японией, Китаем, Австралией на поставку нефти за рубли.

– То есть русские сделали то, что планировал сделать Генри Моргентау?

– Да! Через пару лет рубль станет основной валютой для международных расчётов. И у них гораздо лучшее положение: они добывают много золота. Первое место в мире по его запасам и добыче. Плюс ЮАР и Австралия. Процентов восемьдесят – девяносто всех запасов, если ещё и Канаду приплюсовать.

– А причём тут Бразилия? Это же наша зона ответственности!

– В Московском соглашении нет ни слова о том, что нельзя торговать в зоне ответственности. Русские покупают кофе. Поставляют нефть, самолёты Ан-24, трактора, лесоподборщики. Всё законно. Так как у русских нет ограничений на передвижения по Европе, возможность расчётов за границей своими деньгами для них выгодна. Новый рубль охотно берут в обмен во всех банках Европы.

– «Призрак бродит по Европе, призрак коммунизма!» Кто б мог подумать, Фрэнк, что всё так обернётся! Когда Джи-Пи вышел на нас с проектом АН, всё выглядело совсем по-другому.

– Ему-то что! Решения принимал не он. Он предложил, мы поддержали. Не учли мы Россию… Надо официально пригласить Сталина или Андреева к нам. С официальным визитом.

– Сталин не поедет. Он терпеть не может самолёты и корабли. А Андреева он не отпустит из-за того дурацкого покушения. Хотя можно попробовать.

Через неделю после новогоднего праздника в Кремле у Андрея раздался звонок. Звонила жена Джима Уиллиса Деннис и просила встретиться со мной. В качестве предлога она назвала интервью для американского журнала «Вог». Андрей перезвонил мне и соединил нас. Я обещала ей перезвонить после того, как скоординирую свои дела и планы и назову дату встречи.

Когда Андрей появился дома, я у него спросила, как хорошо он знает Уиллисов, на что он мне сказал, что Джима мы оба знаем, а вот его жена – темная лошадка. Андрей снял трубку, куда-то позвонил и дал задание выяснить все про жену Джима.

Мы обсудили всё, что можно будет слить в интервью и какой образ я буду создавать, как отвечать на каверзные вопросы.

Я сказала Андрею, что было бы неплохо сделать фотосессию с детьми и нами дома и в саду, чтобы быть «ближе к простым людям», плюс ко всему Деннис – это Деннис, а вот чужие люди с аппаратурой в доме нам совсем не нужны. Это может быть источником опасности.

Договорились, что под прослушкой будет комната отдыха, где я и буду принимать Деннис, и мы сможем также перейти в спортзал и бассейн.