— Простите, — пробормотала огорченная Ансибетта. — Я старалась быть осторожной. Но со мной иногда так бывает: идешь, идешь, и вдруг натыкаешься на что-нибудь...

Джон-Том поспешил ее успокоить:

— Да ладно вам. Забудьте. Нам ведь страшно повезло, что мы раньше никого не разбудили.

Даже в почти кромешном мраке ее глаза сверкали лазурью.

— О, вы такой снисходительный...

По его телу пробежала дрожь — баллов восемь, а то и девять по шкале Рихтера. «А голосок! — мысленно восхитился он. — Из тех, что каменные мужские души превращают в сироп».

Словно спохватившись, у его плеча настойчиво зазвенело почти забытое облачко нот. Но это было уже излишним — он и сам понимал, что надо торопиться. Что до Маджа, то он выглядел окосевшим. Джон-Том знал, в чем тут дело. В Пиввере Тренку-Ханской.

Но она либо не замечала чересчур пристального внимания выдра, либо не подавала виду, что замечает, и обсуждала с подругами и лейтенантом стратегический план.

Алеукауна и Сешенше первыми направились в боковой коридор. Кругом все громче звучали голоса. Но гомон разбуженных слуг — ничто в сравнении с переполохом, который поднимется, когда обнаружат злополучного пьянчужку. Лучше бы беглецам к этому времени оказаться подальше от усадьбы.

Алеукауна показала на поворот.

— Там должна быть дверь, а за ней — погрузочный пандус.

— Это было бы совсем неплохо.

От бега у Пауко появилась одышка.

Он напрасно волновался. Как только беглецы свернули за угол, перед ними оказалась большая двустворчатая дверь. За ней в просторном помещении высились аккуратные штабели больших и малых емкостей. Чуть позже позади раздался приглушенный расстоянием рев.

— Кто-то нашел труп, — объявил Хек.

— Нас-с заподозрят не с-сразу. — Длинные, увенчанные кисточками уши Сешенше повернулись на звуки далекой суматохи. — Вдобавок они с-считают, что мы безоружны и с-сидим взаперти.

— Это дает нам выигрыш во времени, но совсем небольшой. Очень скоро будут обнаружены усыпленные служанки. — Найк приглядывался к дверям. — Заперто с той стороны! Замок! И цепь!

— Непросто будет уйти, — будто жалобное эхо козла-садовника, откликнулся Караукул.

Джон-Том приготовился сотворить дверобойные чары, но Мадж успел частично оправиться от ступора и сделал замку профессиональное «опаньки».

— Прошу прощения.

Высоко держа украшенную кисеей голову, принцесса Умаджи чинно приблизилась к дверям и ухватилась за цепь обеими лапами. В этот миг из только что покинутого беглецами коридора донесся вопль:

— Вот они!

— Бей ублюдков!

Мадж схватил лук, высунулся из-за угла и всадил оперенную деревяшку в шею вопившего охранника. Бегущих следом это убедило осадить назад.

— Неча копаться! — пролаял спутникам выдр. — Долго я их не удержу!

— Отличный выстрел.

Пиввера неуловимым движением приблизилась и встала у него за спиной.

Мадж невольно расплылся в улыбке.

— Хошь глянуть, как я еще одного ухайдакаю?

— Хватит пялиться на меня, идиот несчастный! Делом занимайся!

Из чего можно было сделать вывод, что Мадж не так уж неотразим. Он вернул отвисшую челюсть на подобающее место и снова натянул тетиву.

Стражники, пустившиеся в погоню за безоружными принцессами, никак не ожидали встречи с метким лучником, четверкой мангуст с алебардами и громадным человечищем, который орудовал мечом подлиннее любого из манзайских холуев. Вдобавок охранники еще не совсем очухались от сна. В общем, они решили подождать подкрепления. Джон-Том предчувствовал, что оно не замедлит появиться. Он оглянулся и крикнул:

— Умаджи... то есть ваше высочество! Не советую слишком долго тут задерживаться.

— Спокойствие, человече, — пришел ответ. Засим прозвучало несколько басистых, но сугубо женских ругательств, а потом треск металла — преграждавшая путь цепь поддалась могучим лапам принцессы. — Путь свободен!

— Вот и чудненько, как раз пора сматываться.

Мадж опустил лук, лапой обхватил Пивверу за талию и бросился вдогонку за остальными. Принцесса его не оттолкнула. Недотрогой ее не назовешь, решил Джон-Том. Следом за принцессами все гуськом вышли на деревянный пандус и спустились на узкую дорожку, исчезавшую невдалеке в окрестной зелени. К этому времени луна исчезла, и солнце угрожало появиться в любую минуту. Позади беглецов по всей усадьбе зажигались огни.

— Необходимо сойти с дороги и укрыться на болоте, — сказал Найк Джон-Тому.

Чаропевец отрицательно покачал головой:

— Нас слишком много, и мы очень шумим. У их высочеств нет подходящей одежды и обуви. И преследователи легко нас найдут по запаху.

Ему не пришлось напоминать, что их спутницы пахнут дорогими духами.

— А куда ведет эта дорога? — спросил Найк у принцесс.

— Пригодной для нас дороги нет. — Всем пришлось напрячь слух, чтобы услышать шепот Квиквеллы. — Но на юге расположен Машупро.