— Совершён локальный переход, — проинформировал меня Мбонго.

Ох ну не хрена себе хранилище! По сравнению с предыдущим могильником материальной культуры, в этом подземелье автоматически включился яркий свет, а запахи были совершенно иные. Металл, пластик и смазка. Столь милые человеку цивилизации технологической.

— Здесь ИИ, очень старой модели, протоколы плохо стыкуются. Погоди пару минут.

Я погодил.

— Есть связь! Полноразмерный информационный центр, складская автоматика, полный учёт и контроль. Бывший ИИ клана Аббаас.

— О как? Выведи мне список содержимого этого ангара.

На виртуальном мониторе, что в левом глазу поползли бесконечные строчки с перечнем оборудования. А мы шагаем и шагаем. Прошли первый перекрёсток, я глянул налево, глянул направо, а там такие же широкие галереи, штольни, контейнеры, стеллажи, коробки, тюки, поддоны, упакованные в чёрный пластик патроны, гранаты, снаряды, ракеты, пулемёты, пушки. Всё, что необходимо мужчинам для того, чтобы скрасить серое, унылое и пресное житьё. По-моему, всем этим имуществом можно было бы полностью обеспечить армию подходящих размеров для проведения небольшой победоносной войны регионального масштаба. С Афганистаном я бы связываться не стал, а вот Албания мне по размеру самое то. Так и хочется расковырять какую-нибудь коробку и посмотреть, что там. Но нет смысла. Ибо база данных сразу же выдаёт нужную информацию. Я блаженствую.

Часа через два дошли до какой-то каптёрки, надо присесть, ноги не железные. Тем более, что Талгат вообще едва костыли передвигает. Это у них, степняков всегда так. С седла могут сутками не слазить, а пешком пяти километров не пройдут. Между делом Мбонго поясняет мне, что склады территориально разнесены, но топологически связаны и мы прошли уже четыре локальных перехода. Похоже, стационарные порталы расширяли простую каморку под холмом в бесконечные пространства хранилищ.

Пока мы пили чай и перекусывали, я наконец увидел то, чего не видел раньше — на всех ящиках надпись «Аббаас сэрии сэбин» [53] и нарисована эмблема в виде стилизованного ворона. Прям совсем как у меня, я так подумал, и начал сомневаться в том, что тот ворон, которые у меня на груди, не имеет отношения к ворону этому. Как-то всё нарочито.

Сразу же возник вопрос, почему Аббаас не смог с такими складами унять распоясавшуюся имперскую военщину, и я сразу на него ответил. Вообще-то Аббаасы были одиночками. Против системы, против государства никакой клан или корпорация не тянут. Если только корпорация не накопит достаточно сил. Но кто ж даст ей это сделать? В государстве не дураки сидят. Так что конец Аббаасидов был понятен, несмотря на огромные, по моим меркам, арсеналы. Или же они просто не захотели воевать до конца.

Ну и ладно. Это уже не актуально. Рассмотрел я каптёрку внимательно и обнаружил неприметный выход, не тот, что ведёт к остальным складам, а какой-то технический.

— Мбонго, что нам сервер подсказывает насчёт планов эвакуации? Запасных и пожарных выходов?

— В каждом локальном складе есть свои входы-выходы, только мы мимо прошли, внимания не обратили.

— Хорошо.

И я полез в этот запасной выход, потому что таскаться мне уже надоело. Общее впечатление составлено и ладно. А вылезли мы, надо же такому случиться, прямо в Базу ПВО. Только я поначалу решил, что я в неё уже был, но оказалось, что нет. Такая же по планировке, но в другом месте. В горах. Чистый, звонкий воздух, прохлада и лёгкий недостаток кислорода.

Только вот как отсюда транспортировать имущество, ума не приложу. А мне надо перевооружить гринго на нормальные имперские автоматы, патронов нынче завались, а война вроде закончилась. Оснастить летающую технику ответчиками «свой-чужой» и развернуть полноценное ПВО. Какая-то скотина заблокировала порталы в столь нужное мне место. Непорядок. Займусь этим на досуге. Развели демократию и демилитаризацию.

Мбонго сообщает, что у меня два пропущенных вызова, от Дохсуна. Перезваниваю.

— Что у вас случилось, Дохсун?

— Начальник, сейчас трубку дам Григорию.

— Тут эта, Вольдемар, мы мужика нашли. У него на груди Орден Трудового Красного Знамени.

— На груди и прибит гвоздями?

— Не… к халату привинчен. У моего деда такой был.

— Ну так хватайте того мужика под микитки и тащите на базу.

— Так он мёртвый.

— Чёрт, — мне немного не по себе стало, — убили что ли?

— Нет, похоже сам помер. Никаких ран нет на теле. Да и старый он ваще, как мамонт.

— Тогда, Гриша, похороните его по-человечески. Номер ордена мне запиши, может узнаю что в архивах.

Очень мне жаль, что не пришлось свидеться. Как не крути, а дед был гений. И, возможно, не выдержало его сердце тягот и лишений беспокойной жизни. Я помянул Гольденберга парой глотков водочки. Пусть земля ему будет пухом.

Что-то продрог я здесь, на ветру. Пора пойти, ребятам тележки смастерить. Я отвёз Талгата к его бойцам, чтобы и он мог немного поучаствовать в перераспределении материальных благ, а сам двинул на Рембазу. Теперь у меня есть чем удивить смежные миры.