Алеата заявила, что она слышала в комнате голоса, печальные голоса, они говорили на чужом языке. Никто другой не мог их слышать, но, поскольку Алеата была теперь главной жрицей титанов, а ее супруг Роланд был главным жрецом, никто не усомнился в ее словах.

Комната была превращена в гробницу одного довольно бестолкового старого волшебника, который дважды жертвовал ради них жизнью и чье тело, как все были уверены, лежало погребенным под завалом.

– Эпло, извини…

Шепот Альфреда отвлек Эпло от происходившей в нем внутренней борьбы. Он переключил внимание на сартана, не жалея, что приходится отложить оружие в этой мысленной борьбе и обратить мрачные мысли на что-то еще, возможно, не менее мрачное.

— Да, слушаю.

Альфред с опаской посмотрел на их стражей, идущих рядом, и передвинулся ближе к Эпло.

— Я… ох, вот несчастье! Откуда только это взялось? Эпло, схватив Альфреда, помешал ему врезаться прямо в мощную каменную стену.

— Эта гора стоит здесь с незапамятных времен, — сказал Эпло, направляя Альфреда во вход пещеры.

Он продолжал поддерживать сартана, ослабевшие ноги которого спотыкались о каждый лежащий на дороге камень, каждую трещину или выбоину. Стражники, после долгих изучающих взглядов исподлобья, видимо, решили, что Альфред не опасен, и оставили его в покое. Теперь основным объектом их внимания стал Хаг Рука.

— Спасибо, — пробормотал Альфред. — Я что хотел спросить… хотя, может, тебе это покажется глупым вопросом…

— Твой вопрос — глупым? — Эпло это нашел весьма забавным.

Альфред смущенно улыбнулся.

— Я хотел узнать насчет этой тюрьмы. Я не думал, что у твоего народа принято устраивать такие вещи… для своих же.

— Как будто я думал! — язвительно ответил Эпло. Вазу, шагавший рядом, такой же молчаливый и озабоченный, как и Эпло, посмотрел на них.

— Мы делаем это только в случае крайней необходимости, — серьезно пояснил предводитель. — И больше для блага самого же узника. Некоторые из наших собратьев подвержены, как мы говорим, лабиринтной болезни. Если больного не запереть, он обычно погибает.

— И к тому же подвергает опасности все племя, — мрачно добавил Эпло.

— А что с ними происходит? — спросил Альфред. Эпло пожал плечами.

— Обычно они сходят с ума и бросаются с утеса. Бывает, что выходят в одиночку против стаи волкунов. Или топятся в реке…

Альфред содрогнулся.

— Но мы выяснили, что, если не жалеть времени и терпения, этим несчастным можно помочь, — сказал Вазу. — Мы содержим их там, где они, находясь в полной безопасности, не могут причинить вреда ни себе, ни окружающим.

— И это то самое место, куда ты хочешь упрятать нас, — сказал Эпло.

— Вы сами напросились, — парировал Вазу. — Разве не так? Если вы хотели уйти, вы могли это сделать.

— И навлечь несчастье на моих братьев? Я не для этого сюда пришел, — ответил Эпло.

— Ты мог бы оставить человека вместе с его кинжалом.

Эпло покачал головой.

— Нет. Я за него отвечаю. Это я принес сюда этот клинок, хотя и неумышленно. И мы втроем, — он взглянул на Альфреда и Хага Руку, — может быть, придумаем, как его уничтожить.

Вазу кивнул в знак того, что понял и согласился. Эпло немного помолчал, потом спокойно сказал:

— Но я не собираюсь сдаваться на милость Ксара. Лицо Вазу стало жестким.

— Он не сможет забрать тебя без моего согласия. Это я тебе обещаю. Я выслушаю все, что он может мне сказать, и на основании этого приму решение.

Эпло с трудом удержался от смеха. Сделав над собой усилие, он сохранил серьезное выражение.

— Ты никогда не имел дела с Ксаром, предводитель Вазу. Мой Повелитель сам берет то, что ему нужно. И он не привык, чтобы ему в чем-то отказывали.

Вазу снисходительно улыбнулся.

— Хочешь сказать, что мое слово ничего не будет значить? — Он самодовольно погладил себя по круглому животу. — Я, может быть, с виду и мягок. Но не надо меня недооценивать.

Эпло это не убедило, но спорить было бы уж совсем невежливо. Когда придет время, он сам один на один разберется с Ксаром. Эпло вернулся к своим безрадостным мыслям и внутренней борьбе с самим собой.

— Не могу не поинтересоваться, предводитель Вазу, — это заговорил Альфред, — каким образом вы удерживаете узников в тюрьме? Учитывая, что ваша магия основана на вероятностях и при наличии огромного числа возможных вариантов побега… только не думайте, что я планирую побег, — поспешил добавить он. — И если вы не сочтете нужным ответить, я не обижусь…