Никак.

Абонементы объезженных дней,

Как оборванные листья,

Несет река.

* * *

Подходит трамвай.

Вхожу в вагон.

Почти никого.

Впереди –

Факел женской прически.

Он такой здесь один.

Интересно,

Он греет кого

Или нет?

«Подойди, подойди

И тепла попроси, -

Кто-то шепчет настойчиво мне, -

Подойди, так бывает…»

Это сам я шепчу своей мысли,

Уехавшей с этим трамваем.

А в действительности – тишина.

И туда, куда нужно ехать,

229

Ни дороги, ни транспорта нет.

И, пожалуй, проезд не оплатишь –

Не хватит монет.

* * *

Солнце печет голову.

Солнце проникает через череп

Вибрирующими спиралями огня.

И от этого

Тысячи солнц в глазах у меня.

Изнывающие тела бок о бок…

Смешиваются запахи,

Киселеют, дрожа.

Это город,

Это не Гоби.

И все же это – Гоби,

Из которого не убежать.

Вдалеке – зеленый купол храма.

За куполом – небо

В застиранной рубашке дыма.

И крест машет и машет упрямо,

Проклиная далекое солнце,

Проклиная бездонное небо,

Проклиная горькую землю,

Крест машет руками,

И качается мгла одурманивающе.

И белые бабочки,

Как снежинки,

Пролетают

Мимо вытекших глаз

Одуванчиков.

* * *

То ли кружится мир.

То ли - я,

То ли - вместе мы.

И чем быстрее,

Тем лучше становится мне.

Но где-то бьется мысль,

Как не заросшее темя младенца:

А вдруг - стержень не пройдет

Испытанья на скручиванье?

Вижу -

Майская зелень

Мотыльками пепла

Падает на единственную улицу Земли

С названием -

Неподвижность.

* * *

Если я проживу много лет,

Что останется мне от дождя,

230

Пролетевшего в юность?

Уходя, я унесу

Пыль жизни

В ладонях потухающего сердца.

* * *

По Цельсию - три градуса тепла.

В невидимую стенку бьется эхо.

Дорога развалилась, потекла -

Ни пешему, ни конному проехать.

Я разложил костришко на бугре.

Валежник есть,

И благо - роща близко.

Сижу, немного руки обогрев,

Поглаживаю пляшущие искры.

А там, у горизонта, далеко,

Где прыгнув, зацепился за карниз бы,

На белых парашютах облаков

Плывут, качаясь, маленькие избы.

Зачем, куда спешить отсюда мне?

И город надоел.

И путь не ближний.

А в этой первозданной тишине

Я слышу

Неподдельный голос жизни.

ЖГУ КОСТЕРОК

Слегка прохладно и темно.

Шурша, ночные тени стынут.

Так ненадуманно, пустынно,

И только небо надо мной.

Промчался филин полным ходом,

Качнув крылом прохладный воздух,

Вспугнув настоянную воду

На отражающихся звездах.

Дым то уходит, то подходит,

То прячется напротив - в куст.

И пламя, как канатоходец,

Идет, качаясь, по прутку.

* * *

Ветер поднялся и разорил

В сереньких тучах

Гнезда зари.

На стылой земле,

Как стайки утят,

Желтые листья пьют воздух.

В хмурое небо улетели звезды,

И только в ночное небо, в чистое,

Они прилетят.

Я делаю первый шаг,

231

Становясь на ступеньки дня.

Город, как большая шапка,

В заиндевелых огнях.

В хмурую осень

Убегает черная «Волга».

Шоссе пустынно совсем.

Вдалеке,

Где тополь разлился синей кляксой,

Я долго-долго вижу маленькую женщину,

Идущую в эту осень

За детской коляской.

* * *

Прополз паучок-буксир -

И следа

Не видать.

Сомкнулась вода.

И опять мы вдвоем на причале -

Это тень привязалась ко мне.

Улыбка луны закачалась