– Сиди здесь и не дергайся.

Я только кивнул. Первый раз на моих глазах убили человека. Хотя, Камнеед и не был человеком, легче мне от этого не становилось. Желудок взбунтовался, и я, повернувшись набок, выплеснул его содержимое на грешную землю. Слегка полегчало. Я вытер губы, тыльной стороной ладони. Меня била крупная дрожь. Вот и приключения. А здесь оказывается, убивают. Причем на самом деле, не понарошку. Господи, спаси и сохрани.

Пока я приходил в себя, Громобой выскочил на середину улицы, подхватил двуручник, и скрылся за зданием на противоположной стороне. В этот момент открылась дверь в дом, за которым прятался я и на улицу вышел слиз. На нем не было никакой одежды. Пучок на его голове был чахлый, как будто кто-то старательно пытался удалить его с головы владельца. Сам же владелец опирался на сучковатую палку, и еле передвигался. Он повернулся в мою сторону, и его глаза расширились от удивления.

– Ты что здесь делаешь? – в его голосе зазвучали стальные нотки.

Он тут же весь подобрался, расправил плечи и решительно шагнул ко мне. Палка в его руке взмыла вверх для удара. Я все еще был не в себе, и у меня не было никаких сил что-либо предпринять в ответ.

Ну все, сейчас он меня долбанет. И тут слиз наступил на мой вчерашний ужин. Нога его поехала, и он со всего размаху грохнулся на спину. В меня полетели комочки земли, вперемешку с кое-чем не совсем приятным. Но на такую мелочь я не обратил никакого внимания. Спасенный таким образом от унизительного избиения я вскочил на ноги, со всего маху пнул в бок, начавшего было подниматься ящера, и рванул в ту сторону, где скрылся Громобой. По ходу движения я перепрыгнул через беднягу Камнееда, мир его праху, и забежал за дом на противоположной стороне улицы. Громобоя нигде не было видно. Я оказался на соседней улице, идущей параллельно нашей, и решил идти вперед. Скорее всего, гоблин направился туда же. Ведь стреляли вроде как с той стороны. Скорее всего, возле ворот нас уже ожидали. Пройдя пару кварталов, я оказался у последнего дома. За ним, на расстоянии метров трех, возвышалась стена. И тут со стороны ворот я услышал какие-то крики и звон оружия. Я осторожно двинулся в ту сторону. Моему взору предстала следующая картина. Перед воротами валялись трое мертвецов. Это явно были те люльфы, которых я принял за людей. А над ними с двумя, трофейными мечами, орудовал Громобой. Ему противостоял четвертый люльф. И было видно, что приходится ему совсем плохо.

Уже практически рассвело. Из домов на шум вышло множество слизов. Они стояли полукругом, на приличном расстоянии от сражавшихся. А между ними и поединщиками выстроились вооруженные стражники. Они, к моему удивлению в схватку не вмешивались.

Наконец Громобой выбил меч из рук своего врага и мощным ударом снес ему голову. Мне опять стало не по себе, но я приказал своему желудку вести себя прилично, и, стараясь не смотреть на трупы, бросился к Громобою. Тот повернулся на звук моих шагов, изготовившись отразить атаку, а когда увидел, что это я, расцвел в улыбке и опустил мечи.

– Ну как ты? – спросил он меня, - Все нормально?

Я кивнул. На глаза накатились слезы. За это утро я пережил, наверное, больше, чем за все свои двадцать лет до этого. Он понял мое состояние и, положив мне руку на плечо, сжал его.

– Ничего, все позади. Теперь нам ничто не угрожает.

К нам приблизились стражники. Двое из них оказались гоблины.

– Там на улице Камнеед, - сказал им Громобой, - один из этих, - он кивнул в сторону люльфов, - вогнал ему стрелу в глаз.

Гоблины переглянулись, и, не говоря ни слова, отправились в указанном направлении.

– Доброго дня, Громобой, - подошел к нам слиз в богато расшитой золотом и драгоценными камнями одежде. Чуть сзади него стояли облаченные в кирасы ящеры, сжимавшие в руках копья с массивными наконечниками. Личная охрана, по всей видимости.

– И тебе доброго дня, Сауз, - ответил на приветствие гоблин.

– Ты, как я вижу, не можешь жить спокойно.

– Они первые напали на нас. Убили твоего стражника. Хотели убить меня и моего подопечного.

Сауз взглянул на меня своими желтыми глазами. Видимо вид у меня был, тот еще, и он, скорчив гримасу, отвернулся.

– Кто-то может подтвердить твои слова? – перевел он взгляд на Громобоя.

– Да, хозяин гостиницы, Нигур.

– Замечательно, - Сауз потер ладошки друг о друга, - Эй! Кто-нибудь! Приведите сюда этого гнома.

– Я здесь, ваша светлость, - тут же, как будто из-под земли появился Нигур.

– Ты подтверждаешь, что эти люльфы первыми напали на этого разумного, - он кивнул в сторону Громобоя, - и на его спутника.

– Да, ваша светлость, подтверждаю.

– А откуда тебе это известно?

– Ваш стражник Камнеед из клана Танцующих гор, сообщил мне сегодня вечером, что эти четверо полукровок хотят напасть на этих разумных.

– Да? А откуда он это узнал?

– Они отдыхали вчера вместе, и он случайно услышал их разговор об этом.

– Приведите сюда Камнееда, пусть он подтвердит, что все сказанное этим гномом, правда.

– К сожалению, ваша светлость это не возможно, - подал голос один из его охранников.

– Это еще почему? – удивился Сауз.

– Потому что он мертв. Убит вот этой стрелой, - и он протянул своему господину стрелу с черным оперением.

Я тут же узнал ее.

– Проклятые люльфы!- разгневался Сауз, - Что за сволочной народ. Такого ратоборца угробили. Вот что, - повернулся он к Громобою, - заплатишь в казну четыре серебряных. За каждого убитого, и чтобы через час вас тут уже не было. Ясно?

Громобой кивнул.

– Вот и отлично, - с этими словами Сауз развернулся и сопровождаемый охраной, удалился.

– Фух, - гоблин вытер пот со лба, - вроде как пронесло. Но что им от нас надо было, не пойму.

Я тем более был не в курсе, какая такая муха укусила этих люльфов.