Петька выслушал наш разговор с любопытством. Его голова покоилась на моих коленках, пока я общалась с подругой. Едва я отключила телефон, он задрал мою майку и звучно чмокнул в живот:

– Что там с твоей подружкой?

Я изложила ему ситуацию.

– Это та Ника, у которой бабушка умерла в прошлом году?
– я и забыла, что он нас тогда выполнял при нас функции шофера. Петя тогда вел себя почти незаметно, и, после того, как доставил нас к Нике, сразу уехал, чтобы я могла её утешить.

– Та самая, - кивнула я.

Мы позвали Нинку в комнату и объяснили ей, что сначала заедем на учебу за Никой, а потом отправимся к Елисеевым.

Ксю с порога налетела на меня:

– Вы чего опоздали?

– Ксю, до начала времени не меряно!

– Так тебе макияж надо, прическу!
– возопила моя личная мучительница.

– Я не собираюсь, - начала, было, я, но Ксюшка меня перебила:

– Я тебя не спрашиваю, это мой подарок! Девчонки, держите её, чтобы не сбежала! Пошлите в мою комнату!
– Петьке заявила.
– Парни на кухне.

– Какие парни?
– насторожилась я.

– Андрюха с Артемом, - Петька шустро испарился, подмигнув мне напоследок. Тут я заметила, что по дому ходят чужие люди:

– А это кто? И зачем?

– Последние приготовления, - Ксю вцепилась в меня.
– Это же твой подарок, так что тебе туда нельзя.

– Ксю, тетя Марина же обещала...

– Ничего не знаю, вопросы к ней, - с этими словами меня утащили.

После издевательств надо мной Нинка завопила:

– Ксюша, ты гений! Ты из неё девушку сделала!
– я бы обиделась, если бы не знала, что Ксю действительно гений преображений. Ника выразилась мягче:

– Олеся, ты очень красивая, - потом обернулась с мягкой улыбкой к Ксюхе, которая едва не раздувалась от гордости.
– Ксюш, изумительно вышло.

Посмотрев в зеркало, я поняла, что никогда не выглядела ТАК. Меня до сих пор иногда за школьницу принимали, а сейчас из зеркала на меня смотрела взрослая девушка, большие, какие-то завораживающие, глаза, нежные губы, неожиданно четкий овал лица. Прическа была простой, Ксю подняла волосы наверх, зафиксировала, и выпустила несколько локонов, придавая вид продуманного беспорядка, или как там это называется? Затем меня затянули в платье, так же купленное под руководством Ксю. А потом повели демонстрировать меня парням, чтобы оценили. Я манерной походкой зашла в кухню, мило улыбаясь.

Парни оценили. Артем улыбнулся:

– Отлично выглядишь.

– Олеся, да ты уже выросла - озадачено произнес Андрей, подняв брови. А мой Рыжик скосил на него взгляд, после таких слов, и продолжал молчать. Просто смотрел на меня и молчал. Андрей вдруг заявил, что нужно проверить, все ли готово, и выставил всех с кухни проверять коллективно, оставив нас с Петькой вдвоем. Я подошла к нему, взяла за руки, пытаясь определить, что же все-таки в его глазах. Он смотрел удивленно, восхищенно, но улыбался, почему-то немного грустно. Я потянулась к его щеке, но он перехватил мою ладонь, и поцеловал меня в запястье.

– Ты потрясающе выглядишь, - грусть улыбки отразилась в его голосе.

– А почему так печально?

Петька пробежал рукой по моей шее:

– Я понял, что ты действительно выросла.

– Серьезно?
– радостно изумилась я. Но Петька на мой вопль счастья, после едва заметной паузы, вдруг разразился смехом.

– Похоже, мы с Андрюхой все-таки ошиблись, - он радостно стиснул меня в объятиях, и я смогла только просипеть:

– В чем?

– Макияж и платье не влияют совершенно. Ты какая была, такой и останешься.
– он слегка ослабил давление рук, и я смогла вздохнуть. Не удержалась от ворчания:

– Ты меня когда-нибудь точно задушишь, - посмотрела в глаза милому, он был доволен и умиротворен.

– Не задушу. Разве что от нежности.

– Ты думаешь, меня это утешит, мертвую?

Рыжик опять засмеялся и прижался губами к моей шее. В губы Ксю целоваться запретила. А жаааль! Чтобы Петька оценил степень моего сожаления, я прижалась к нему покрепче. Судя по его тяжкому вздоху, он оценил.