И все время я сидела, как на иголках, ожидая, когда же у нас состоится беседа с Андреем. Тот же только ухмылялся. Недаром Ксю его иногда садистом называет!

Но пришло время, когда все угомонились, а родители расслабились от вин. Ксюха о чем-то шепталась с мамой и Андрей тихо сказал:

– Пойдем, поговорим.

Мы пошли в его комнату. Я уселась в кресло, подобрала по себя ноги.

– Ты решила?

Такое начало меня озадачило.

– Что решила?

– Чего ты от меня хочешь.

Я поджала губы.

– Блин, да не знаю я. Дай мне совет, что дальше делать. Я его не понимаю, он меня напрягает.

– Советчики долго не живут.

Я вытаращила глаза:

– Чего?!

– Да это я так. Олесь, вот скажи, - он вгляделся в мое лицо.
– Ты задавалась вопросом - почему он так себя ведет?

– Нууу....
– я вроде и выпила не много, и ела при этом плотно, но мозги расползались. А вот от спиртного или вопроса, я не знала.
– Я знаю, что он казанова тот ещё...

Андрей покачал головой.

– Это не то. Это общепризнаный факт. А есть другое - как он ведет себя с тобой. Знаешь, его поведение наводило на мысль, что он на тебя поспорил.

Я хлопнула глазами, опять хлопнула. А потом взвизгнула:

– Поспорил?!

Андрей с любопытством на меня смотрел, а я зверела:

– Поспорил! Свооолочь!
– я вскочила с кресла.
– Ну, гад, ты у меня получишь!
– я пнула кресло.

– Олеся, - тихо позвал меня Андрей. Я обернулась, бросила злой взгляд.
– Так ведь он уже мог спокойно выиграть, если бы спорил.

– Это как, - злобно спросила я.

– Это так, дуреха, что вместо того чтобы с тобой танцы танцевать, он тебя в постель бы потащил. Или ты бы сопротивлялась?

Я растеряно замерла, а потом плюхнулась в кресло. И, помолчав, честно призналась:

– Вряд ли.

– Вот и я так решил, и пообщался с ним сегодня.

Я замерла. Я догадывалась, что его "срочные дела" могли иметь отношение к Эльмиру, но не думала, что вот так сразу, он решится на разговор. Впрочем, Андрей не я, он предпочитает разбираться со всем быстро, не откладывая, без лишних сомнений. Это я люблю подумать, помучится.

– Ааа... Как ты его нашел?

– Мы с Олимпом через него работаем. Да и с некоторыми другими клубами тоже.

Я удивилась.

– А он в Олимпе работает?

– А ты не знала?

– Нет.

– А что ты о нем вообще знаешь?

– Эээ, кроме того, что учится в институте, то есть двух институтах, особо ничего. Ну и маньяк... слегка. И псих, - гневно заявила я, вспомнив, что он вытворил ночью.

– Псих-то почему?

– Ну, вот ты бы так сбежал, не сказав ничего?

– Олеська, не тупи!
– взрыкнул Андрей.

– Чего я туплю-то? Вот скажи я тебе такое, ты б как себя повел?

– Если бы мне такое сказала ты, - он выделил последнее слово.
– Дал бы по шее! А если бы девушка, которую... которая мне нравится...

– Андрей, кто тупит! Не понятно разве, что шутка это была.

– Когда ж вы вырастете-то?
– страдальчески взвыл парень.
– Олесь, парень вокруг тебя ужом вьется, а ты ему такие вещи говоришь. Какой тут юмор. Он молодой и горячий... что непонятно-то???

Я подозрительно посмотрела на Андрея:

– Ты на его стороне!

Андрей закатил глаза.

– Я с ним поговорил...
– мои глаза загорелись.
– И убедился, что он тебя... не обидит. А в остальном разбирайтесь сами.

– А что он сказал?
– я подалась вперед.

– Пусть это останется нашей с ним тайной.

– Ну, Андрей!
– заныла я.
– Ты на чьей стороне?

– Олесь, мое дело - защитить или навешать, если защищать поздно, а тут... Не хватало мне у вас с Ксю ещё свахой на полставки подрабатывать! Разбирайся с ним сама.