– А потом,- задумался мой мучитель, а в это время в его глазах заиграли язычки пламени, делая их хозяина похожим на хищника,- а потом, я тебя убью. И будь уверенна, я не только получу от этого процесса массу удовольствия, так меня еще оправдают, а в идеале к награде представят.

– Если ты меня убьешь, я тебя ударю,- сообщила собеседнику, доставая ключи из кармана, страх прошел сам по себе, когда я поняла, что бить меня не собираются, а злость на лице соседа сменилась вселенской усталостью.

Поковыряв в замочной скважине, наконец-то открыла дверь, парень все еще стоял, прислонившись спиной в стене и, похоже, пытался дремать, сложив руки на груди.

– Зайдешь,- спросила я, рассчитывая на мрачный взгляд и отрицательный ответ, и как всегда ошиблась, не совсем конечно, взглядом меня все же "обласкали". Кивнув в знак согласия с моим предложением, сосед, шаркая ногами, побрел в мою обитель, морщась от шума.

Мне не оставалось ничего другого как идти следом. Парень быстро сообразил, в какой части квартиры находится моя кухня и обосновался там. Только сейчас я поняла, каким разным может быть этот человек, а ведь видела его пару раз, но всегда он представал передо мной в новом образе, если можно так выразиться. То клубный мачо, то парень с байком и вот сейчас простой, побитый жизнью студент у которого отобрали единственную радость - сон.

Почему то мне стало ужасно стыдно за свое поведение, на часах было только семь утра, а ведь он вчера пришел за полночь, захотелось сделать что-то приятное этому человеку.

– Что-нибудь будешь,- выкрикнула я, направляясь в свою комнату.

– Выруби эти завывания,- попросил парень... ну что же на сегодня с тебя хватит, да и мне не сложно.

– Может еще что,- предположила я, чисто из вежливости, лимит добрых дел на сегодня, похоже подошел к концу.

– Что-нибудь от головы.

– От головы только топор,- старый добрый черный юмор всем поднимает настроение,- лежит за раковиной,- все же решила подсказать я.

– Спасибо,- почти искренне ответил парень, вступая в мою маленькую игру,- а можно еще кофе?

– Сахар, молоко, цианистый калий?- ни того, ни другого, ни третьего в моей квартирке не наблюдалось еще с момента переезда.

– Просто кофе, без излишеств,- сообщил парень и сладко зевнул.

– Возьми в верхнем ящичке у стены,- подсказала гостю и, довольная собой, отправилась в душ.

Когда промывочные процедуры были окончены, я, с чистой совестью и спокойной душой, направилась на кухню, наивно полагаю, что в парне проснется джентльмен, и он сообразит сделать кофе и мне, но на этом, опять же, прогорела.

Откинувшись на спинку кухонного дивана, сосед мирно посапывал.

Мысли разделились на два лагеря. Одни уговаривали поставить будильник под ухо соседу и дать деру, другие же уверяли, что второй такой побудки я не переживу, поэтому не стоит даже рисковать, ради сомнительного удовольствия. Душу пакостника, мою то - бишь, рвало на части: неутолимая жажда приключений просто требовало собрать неприятности на мою филейную часть, но в тоже время в противовес ей стоял инстинкт самосохранения.

Эх, доброта моя не знает границ!

Посетовав немного на такое странное и незнакомое чувство, как забота о ближнем, решила все же оставить паренька в покое.

Движимая каким то неведомым мне порывом накрапала записку примерно следующего содержания:

"И вновь доброе утро, соседушка! Чайник на плите, кофе стоит по правую руку от тебя. Будешь уходить, просто захлопни дверь.

P.S. Благодарность принимается в котофейном эквиваленте."

Сложив тетрадный лист вдвое, положила его под будильник, который тоже принесла на кухню и завела на 9:00, и пошла по этапу, то есть до дорогого и любимого учебного заведения.

До института я доползла! Хотелось станцевать на входе румбу или просто потрясти телесами, на худой конец, но не суждено, а может и к счастью, у меня просто не было на это сил. Оказывается, разгоряченным мышцам было плевать на то, что после душа они должны быть как новенькие, а я, в свою очередь, забыла, как это ползти по коридорам держась за стенку и мечтать только об одном - лечь и не вставать. Но впереди меня ждала кафедра и нудный препод в придачу, так что, некуда мне деться с подводной лодки.

Одногруппники как-то странно провожали меня взглядами, щуря глаза, как будто я увела у них из под носа единственную сосиску в столовой, и я могла поклясться, что эти черти, что-то не то да напридумывали себе.

За последней партой, как и полагалось, сидела Дашута. Девушка явно злилась: ноготков отбивали непонятный ритм по деревянной поверхности, задумчивый взгляд скользил по зеленой доске с разводами от мела. Все это был как знак, некая красная лампочка: "Не подходи! Опасно для жизни!" В такие моменты нужно молчать в тряпочку, а лучше схорониться где-нибудь под кустиком в темном непроходимом лесу, там хоть есть шанс остаться в живых.