Итак, как только Винсент Карпантье осознал, что за дверью находится тот самый молодой человек, он почувствовал жгучую ненависть. Архитектор понимал, что его враг близок к цели, и это усиливало мучения Винсента.

Он представлял себе красивое бледное лицо, обрамленное черными волосами, надменную улыбку своего удачливого соперника и приходил от этой картины в бешенство.

Винсенту хотелось лишь одного: чтобы его руки были свободными. Тогда он вцепился бы этому молокососу в горло и ослабил бы хватку только после того, как его враг распрощался бы с жизнью.

Однако этой мечте не суждено было сбыться. Архитектор лежал, связанный по рукам и ногам, и никакими силами не мог освободиться от пут.

Он валялся на том самом месте, где его бросили слуги полковника. Винсент находился внутри алькова, между кроватью и пологом. Если бы тяжелая штора не была отдернута, Карпантье не видел бы сейчас полковника.

Читателю необходимо знать эти детали, чтобы представить себе то, что случилось дальше.

Господин Боццо был не в силах оторвать взгляда от двери. В его глазах застыло бесконечное отчаяние. Очевидно, он совсем забыл о своем пленнике.

– Это конец! – пробормотал полковник, шмыгая носом и вытирая слезы. – Меня некому защитить. Он проскользнул мимо моих слуг. Сейчас я погибну... Я не боюсь смерти. Но мои сокровища, мои сокровища!

Господин Боццо заламывал руки, и его старческие кости омерзительно хрустели.

– Отец мой, – снова произнес за дверью голос, в котором не слышалось ни злобы, ни нетерпения, – почему вы мне не открываете? Ваши слуги проснуться только через два часа, а то и позже. К тому же я запер за собой все двери. Так что у меня есть время, чтобы добраться до вас...

Раздался противный скрежет, означавший, что граф Жюлиан всунул в замочную скважину железный крючок.

Старик задрожал. В следующий миг он вытащил откуда-то из-под пальто американский пистолет, который был в то время новинкой для Европы. Его создатель Кольт назвал свое детище револьвером.

Полковник взвел курок. Казалось, он немного приободрился.

Однако внезапно у старика начали трястись руки: он никак не мог преодолеть последствий нервного потрясения. Полковник снова зарыдал, на этот раз от злости на самого себя.

Пока у взломщика ничего не получалось. Дело в том, что замок был с секретом.

И все же опытному человеку, каким, без сомнения, являлся полковник, было ясно по звукам, доносившимся из замка, что работает умелый мастер. Следовательно, рано или поздно – причем скорее рано, чем поздно, – он добьется успеха.

Граф Жюлиан действовал без особой спешки. По всей видимости, он был совершенно уверен в том, что у него все получится, как надо.

Старик повернулся к старинному шкафу и открыл дверцу. За ней находился целый арсенал. Полковник схватился за карабин, инкрустированный золотом и перламутром.

– Я силен! Я справлюсь с ним! – прошептал господин Боццо.

Однако ему не удалось даже приподнять тяжелое оружие.

– В тот вечер у моего отца были пистолеты, карабин, сабля, а у меня не было ничего, – произнес старик. – Он был силен, а я – слаб. И все-таки я убил его, убил его же собственным стилетом, который висел у него на поясе. Перед тем, как умереть, отец сказал мне: «Ты правильно сделал. В свое время я поступил точно так же. Но однажды придет твой сын, который прикончит тебя самого». Он отдал мне ключ от сокровищницы и умер...

В этот момент в замке что-то щелкнуло. Полковник вздрогнул.

– Разрежьте веревки, я буду защищать вас, – с трудом проговорил Винсент.

Господин Боццо изумленно уставился на архитектора.

Такая идея не приходила полковнику в голову. Казалось предложение Винсента вернуло старику уверенность в своих силах. На его впалых щеках появилось некое подобие румянца.

Полковник быстро смерил взглядом расстояние от двери до того места, где лежал пленник. Очевидно, господин Боццо прикидывал, сколько времени у него осталось.

Он прекрасно понимал, что означает этот щелчок в двери: врагу удалось один раз повернуть замок. Второй оборот – и язычок запора выскочит из паза.

Однако старику было известно и другое: чтобы сделать этот второй оборот, крючку нужна новая точка опоры. Кто знает, найдет ли ее Жюлиан в следующую секунду или же через несколько минут?

Одним словом, полковнику стало ясно, что у него появились шансы на успех. Господин Боццо нагнулся, чтобы схватить нож, лежавший на полу, и бросился к Винсенту.