— Что мне сделать для тебя? — продолжала Кэтрин — Ты только скажи, я на все готова

— Просто не лезь ко мне больше — промолвил Джимми и укутался с головой в одеяло — Это была последняя капля!

Девушка вышла из комнаты, ее глаза слезились, но она быстро вытерла влагу рукой и отправилась на кухню пить свой чай.

Джимми поднял торс и достал из-под подушки знакомую тетрадь. Открыв ее, парень долго листал, читал, иногда улыбался, грустил. Очень долго он сидел, устремленный взглядом в белые исписанные листы. Затем Джимми открыл страницу, где было не так много места, взял ручку и сделал запись.

«26 декабря 2011 год.

Здравствуй. Ты, наверное, должен узнать обо всем, что происходит со мной в эти дни. Только тебе я могу излить душу, поведать о демонах, которые наполняют меня. Они тоже тут, и много строк вливают в тебя. Наверное, даже больше, чем я. Контроль над психикой теряется, как самый ценный кристалл. Ведь, это — все, что у меня есть. К сожалению, людям не дано узнать, что происходит с моей душой. Она закрыта для них. И право быть близким есть лишь у тебя. Снова вылью боль на чистые листы.

Почему меня ненавидит моя семья? Наверное, я просто ошибка одной ночи. Пятно безразличной похоти на изуродованном бритвами лице мира. Почему аборты не делают тогда, когда они так нужны? Если был шанс вернуться в утробу, то я задушил бы себя, чтобы перекрыть кислород. Рождение мертвого ребенка больше, чем моя глупая жизнь.

Чужой. Ненужный камешек в морской глади. Тогда океан — это их мысли. Я — слабое звено, выброшенное на берег, подбиваемое волнами непонимания и упреков. И на жарком песке, под палящим солнцем, так медленно чувствовать удары и тихо умирать, стараясь поймать губами завистливый воздух, такой талый и приторный.

Но, знаешь, их ненависть — мотор. Механическое устройство, которое толкает кровь по моему организму, одаривая сердце электрическими разрядами, чтобы оно продолжало биться в закрытой клетке ребер. И чем больше я чувствую их злобу, тем сильнее желание биться со всеми этими проблемами! Для чего?! Ты так хочешь знать?! Чтобы однажды посмотреть в их морды и улыбнуться. Чтобы добиться всего! Чтобы чувствовать их желчь! Знаешь, как капли серной кислоты, которые летят с их пастей при каждом крике, падают на мою душу и выпаливают ее до конца!

Вопрос в другом. А сколько может работать этот моторчик?! Будет ли он и дальше разгонять мое сердце или перегорит, издав противный запах жженой резины?! И что тогда? Мое сердце остановит пульс, сломает баррикады, и литры крови хлынут на пол, смешиваясь с серной желчью, испепеляясь дотла! Плевать!

Уехать прочь из города смерти,

Порвать гордо цепи…

Удалить с телефона звонки, как нити,

И молча уйти…

Что меня держит в длинных гудках абонентов,

В холоде рук, в жадных взглядах семьи?!

Собрать теплые вещи… и ближайший поезд до рая.

Душа не обманет…

Дай на решение мне только миг

.

Брезгливые крики толпы, грустный мистер,

Осень в вагонах…

Толпы голодных котят, послышится выстрел!

Билет не меняй…

Балет для меня тысячей капелек крови.

Зимою гробы, узоры на окнах, в белоснежных сугробах

Утонут… Мертвые дети…

Как прошлое меняет годы на деньги

.

Как мир, что охвачен пожаром, но душу не греют.

Мертвые семьи…

Кто я для них? Ошибка судьбы, глупость лет молодых,

И снова одни…

Я создал в себе мир, укутав больными руками!

Письма в стихах, эти письма для раненых,

Письма для рая…

Солнце поднимется рано… меня уже нет.

И лишь солнце, что из окон, осветит невольное пение лет

.

Дом молодых, вечно любимых гостей, пьяных теперь,

Сколько терпеть?

Только скажи… и бритвы лапать руками,

Грязными лапами, здесь даже мысли не умеют мечтать.

<