Что я хочу? Правда, хочу этого? И понимаю, что да, больше всего на свете хочу быть с ним, рядом, навсегда.

Он кивнул. Снял свою футболку и надел сорочку.

– Я принимаю твой дар, Ладария, - но откуда он знает…

И он встал с колен, на его руках появился свёрток. Бурелом развернул ткань и достал сорочку, вышитую цветами. Я показала на свою грязь. Он улыбнулся и отвёл меня в ванную. Подождал, пока я помоюсь. Протянул мне полотенце, когда закончила мытьё. Волосы были мокрыми. Он просто дунул мне на них. И они стали сухими. Надел на меня сорочку, потом подпоясал плетённым поясом. Сорочка была до щиколоток. Какая красивая. Белоснежная, а ткань такая нежная, словно шёлк.

И тут я вспомнила про Дуську.

– Я её забрал, до того, как ты пришла.

Это радует.

А в следующий миг он встал слева от меня, взял меня за руку, и мы очутились в другом месте. Я за-озиралась. Это была квартира моих родителей. Я не видела их с суда. Какого суда?

У Бури волосы были собраны в хвост на макушке, спускающийся чуть ниже плеч.

У меня ж волосы были по-прежнему распущены.

Родители были в кухне и что-то обсуждали. Буря не отпускал мою руку, пошёл вперёд, ведя за собой.

– Здравствуйте, - Буря встал на колени перед мамой и папой. Я последовала за ним.
– Мы просим вашего благословения на союз.

Мама с папой вытаращили глаза. У мамы текли слёзы по щекам.

– Ария?
– мама кинулась ко мне.

– Нет!
– Буря остановил её.
– Благословение...

Родители переглянулись.

– Ария, дочка, что скажешь?

Нужно подобрать слова. Что можно говорить?

"Что чувствуешь. Имя может называть Аристарх."

– Я... Он... Мы... Две половинки одного целого, - я наконец-то осознала это. Наша связь и то, что я чувствовала - это была не любовь. Это было нечто большее: понимание, принятие, осознание, доверие, нежность, страсть. Я вижу в его глазах себя. Он - это я. Моё дополнение, моя жизнь, моё дыхание, моё сердце и моя душа.

– Я, - мы сказали это одновременно.
– Мы...

Слова были не нужны, мы посмотрели друг на друга и рассмеялись.

– Мы вас благословляем, - сказал папа и улыбнулся.

И мы вновь перенеслись.

Это был зал, длинный, высокий. С длинным столом. За столом сидели люди.

На стенах были пейзажи, очень красивые, с голубым небом. Помещение было круглым и пейзаж был панорамой. А потолок образовывал небесный свод, в центре которого сияло солнышко.

Где это мы?

"У меня дома."

На нас обратили внимание. Буря повторил действия - упал на колени. И я последовала за ним.

– О, даже так?
– чернявый мужчина с бородой до середины груди подошёл к нам. Из-за стола встала женщина с покрытой головой, в белом вышитом синими цветами наряде и подошла к мужчине. Судя по похожести Бури на обоих - это были его родители.

– Мы просим вашего благословения на союз, - проговорил Буря.

– Почему у неё волосы распущены и не покрыты? А ещё всего лишь до лопаток?
– отец был серьёзен и хмурил брови. Я ему не нравлюсь с первого взгляда.

– Я не буду это обсуждать при всех.

Отец отвернулся и кивнул, и все вышли, за исключением родителей.

– Отпусти её руку.

– Я не могу. Не её.

Отец притронулся к нашим стиснутым ладоням и его отбросило.

– Значит, суженая. Хорошо. Даю благословение на ваш союз.

Мама Бури поднесла к нам коробочку. Ларец был сантиметров 20 шириной и длиной, а вот в высоту сантиметров десять. Оттуда достали вышитое полотенце и перевязали наши сомкнутые запястья.

– Прошу волю Богов свершить сей союз, - проговорил отец, а мать подошла и заплела мне волосы в две косы, после чего надела ещё одно полотенце на голову, покрывая мои волосы.
– Можешь поцеловать свою жену.

Буря повернулся ко мне и прикоснулся к моим губам, после чего в глазах потемнело и сознание куда-то уплыло.

Очнулась я уже в какой-то белой комнате. Цвет был настолько ярким, словно только что выпавший снег. Ещё и отливал бликами, словно этот снег на солнце.