— Девчонка не так уж глупа.

Реймонд медленно обернулся к сэру Алеку.

— А может, и нет. — Алек как ни в чем не бывало пожал плечами.

Тем временем Фиона соскочила со спины Ассаны и встала перед де Клером, проклиная упрямое сердце, готовое выскочить из груди от близости этого человека. Сегодня он был без лат, в одной рубашке, под которой так легко было угадать игру мощных мускулов на широкой груди. Фиона запросто могла представить, что видит перед собой не английского рыцаря, а простого дровосека, и ей пришлось напомнить себе о ели своего визита. Ради своего бастиона он не побоится вырубить целый лес, а это значит, что ее дочь лишится даже того жалкого убежища, что было у нее до сих пор.

— Почему бы тебе не вырубить деревья на восточной опушке? Там они все равно стоят сухие.

— Восточная опушка слишком далеко. Потребуется очень много людей, чтобы перетащить сюда деревья.

С какой стати он вообще пустился в объяснения? Тем более что у него уже темнеет в глазах от желания поцеловать эти губы, когда они перестанут изливать попреки и обвинения. Реймонд сердито нахмурился: так дело не пойдет! Он и сам не заметит, как его заговорит до смерти эта шарлатанка, готовая на любую подлость, чтобы добиться своего и сорвать его планы.

— Ага, стало быть, вас одолела лень, сэр рыцарь? Ну вот, опять она за свое!

— Фиона! Черт побери, еще одно слово поперек — и я тебя…

— Что? — ехидно перебила она. — Бросишь в свою темницу? Прикажешь высечь кнутом? Или уморишь голодом?

Реймонд замер, не в силах отвести от нее взгляд, разрываясь между желанием свернуть ей шею и заключить в объятия.

— Все это в моей власти.

— И через все это я уже прошла, де Клер! — с горечью бросила она.

Ему стало тошно от того, с каким видом она произнесла его имя. Как будто выплюнула что-то ядовитое.

— И где ты намерен поставить этот твой бастион?

— У входа в твою лощину.

— Нет! — От ужаса она даже подалась назад. Ведь это совсем рядом с Кругом Камней! — Это заповедное место!

— Да, я тоже это слышал.

— Неужели у вас в Англии стоят бастионы на месте церквей?

— Вряд ли эта горная лужайка похожа на церковь! — Он скрестил руки на груди.

— Для тебя — пожалуй. — Столь откровенное равнодушие ранило ее гораздо сильнее, чем она ожидала. Стараясь не дать волю обиде и гневу, Фиона перевела дыхание и поймала его взгляд. — Ирландия — это не Англия. Разве Пендрагон тебя этому не научил?

Реймонд не мог не вспомнить, как удивила его та готовность, с которой Гэлан принял местные обычаи и даже суеверия. Но он не Гэлан, у него есть своя голова на плечах.

— Это всего лишь незначительные различия двух. Q соседних культур.

— Ну тогда, сэр рыцарь, даже и не надейся завоевать преданность этих людей, — отчеканила Фиона, не желая больше тратить слова на такого тупицу. — Так ты ничего не добьешься.

Ну все, с него довольно! Как она смеет его учить?! Это его земля, и он на ней хозяин!

— Мне нет нужды что-то завоевывать! Я и так все получу по праву лорда!

— О да, ты получишь — страх и недоверие! А вот верность и преданность надо заслужить. — И заплатить за них самую высокую цену. Как когда-то заплатила Фиона, обратив свою преданность на недостойного ее человека.

Реймонду пришлось подавить острое желание схватиться за меч. Но не угрожать же ей оружием на глазах у целой толпы! Он шагнул к ней вплотную и с угрозой процедил:

— Убирайся туда, откуда пришла, женщина! И не смей крутиться возле моего замка!

Лицо Фионы так исказилось от горя, что Реймонду стало стыдно. Конечно, она вела себя вызывающе и совала нос не в свое дело, но он все равно оставался рыцарем! Но пока де Клер собирался с мыслями и придумывал подходящее извинение, Фиона уже вернулась к своей лошадке. Она легко ступала по траве, и там, где ее нога касалась лужайки, оставался четкий алый след. Неужели это были цветы? Да, кажется, цветы. Они закрывались слишком быстро — как только Фиона делала следующий шаг.

— Я ведь предупреждал вас, сэр.

Реймонд даже не пожелал обернуться на ирландца, возникшего рядом.

— Да, Дуган, предупреждал. — Молодой виллан загодя рассказал хозяину о предстоящем визите Фионы. Похоже, это был единственный человек в деревне, не впадавший в ступор при ее появлении и даже разбиравшийся в ее настроении. Впрочем, это было не так уж трудно — насколько Реймонд мог судить, эта шарлатанка была способна лишь на то, чтобы полыхать праведным гневом. Его губы скривились в презрительной ухмылке. Ну и взбалмошная особа! Хорошо, что она живет на отшибе. С ее способностями сеять смуту она наверняка перевернула бы весь замок вверх дном. А этого он не потерпит как лорд и хозяин.