— Ну, пожалуй, что и так… — нехотя согласилась Коллин. — В тот день, когда появились первые тучи, меня отправили в лес за хворостом для камина. Твоя мама плакала и звала тебя до самой последней минуты. Изольда говорила…

— Довольно! — Фиона резко отвернулась. Она никогда не расспрашивала Изольду о подробностях того дня. Груз вины и так был слишком тяжким, и она не желала его усугублять. — Моя мать запросто могла наложить проклятие на эту землю перед тем, как уйти. Ее нельзя было назвать счастливой женщиной и без моих преступлений, и теперь земля как будто мстит живым за страдания ушедшей хозяйки.

— Но как же тогда его снять?

У Фионы заныли виски. Она ломала над этим голову с эго самого дня, как вернулась домой, но так ничего и не придумала.

— Все, что я могу сказать точно, — это если де Клер построит бастион там, где собирался, то есть на заповедной земле Круга Камней, ничто хорошее нас не ждет.

— Значит, кто-то должен его остановить.

— Уж не предлагаешь ли ты мне… — Фиона хмуро посмотрела на Коллин.

— Нет, что ты! Я знаю — «не навреди», но ведь это не мешает тебе с ним поговорить?

— Мне запрещено появляться в замке или хотя бы поблизости от него. К тому же де Клер все равно меня не послушает.

— Но с каждым днем он валит все больше деревьев, и с каждым днем люди теряют надежду!

— По-твоему, мне самой не хотелось бы заявиться в замок Гленн-Тейз, вышвырнуть оттуда всех англичан и вернуть земле тот вид, который был у нее десять лет назад? Но я лишена своего могущества, а де Клер видит во мне врага!

— Это все потому, что он не верит в магию?

— Да. — Хотя на самом деле Фиона считала, что здесь больше виновата его личная неприязнь к дерзкой чародейке.

— Может, тебе проще заставить его поверить в твои силы?

— Я не имею права пустить в ход свое искусство, пока де Клер не попросит, — бледнея от обиды, сказала Фиона. — А этого не случится никогда. Ради всего святого, Коллин! Хватит этих бесполезных споров! — Фиона взмахнула полой своей синей накидки, и ее фигура скрылась в облаке дыма, через секунду развеявшемся без следа.

Коллин смотрела во все глаза. Она цепенела от восторга всякий раз, сталкиваясь с настоящим волшебством. Только появление Изольды, с шумом отдернувшей занавеску, помогло ей прийти в себя.

— Ну, добилась своего? — сердито пробурчала старуха.

— Чего своего? — Коллин с невинным видом захлопала глазами. — Можно подумать, я уговаривала Фиону превратить этого англичанина в дойную корову. Между прочим, корова пришлась бы нам очень кстати!

Тяжелая дверь кабинета тихонько скрипнула, но Реймонд не повернул головы, глядя в окно.

— Я приказал меня не беспокоить! — рявкнул он.

— Всего два слова, лорд Антрим.

Коннал. Де Клер позволил ему войти. Только бы мальчишка не заводил разговора о том, чтобы сделать его оруженосцем!

— Тебе нравится твоя работа?

— Да, сэр.

— Тогда почему же ты ее оставил? — На этот раз Реймонд соизволил повернуться, чтобы взглянуть на своего подопечного.

Коннал осторожно протиснулся в щель между косяком и дубовой дверью, предназначенной быть последней защитой для обитателей замка на случай войны. У него была разбита губа, а на подбородке краснели две свежие царапины.

— Вы позволите задать вам вопрос, милорд? Реймонд кивнул.

— Это правда, что вы снова повстречались с Фионой?

Реймонд сердито нахмурился. Он не просто повстречался с Фионой — он разругался с ней так, что вряд ли она захочет видеть его снова.

— Да, правда. А в чем дело?

— Могу я теперь повидаться с ней, милорд?

Реймонд отошел от окна и встал, прислонившись спиной к холодной каменной стене.

— Что тебе известно о ней, Коннал?

— Прошу прощения, сэр, но вряд ли вам захочется услышать то, что мне известно о Фионе О'Доннел. — Мальчишка дерзко задрал свой исцарапанный подбородок. — Вы достаточно ясно выразили свое отношение к этим вещам.

— Моим рыцарям давно пора научиться держать свое мнение при себе! — зарычал де Клер.

— Я узнал это вовсе не от ваших рыцарей, милорд. Достаточно посмотреть вам в глаза, когда речь заходит о Фионе, чтобы понять, что вы предпочитаете верить лишь в то, что сами считаете правильным — и ни во что больше.

— Не смей делать за меня выводы, О'Рурк! — загремел Реймонд, грозно нависая над мальчишкой.

— Как скажете, милорд.

— Отвечай на вопрос!

Коннал задумался, прикидывая, с чего начать и сколько еще работы взвалит на него де Клер, когда не поверит в его рассказ. Впрочем, чему быть — того не миновать. Коннал набрал в грудь побольше воздуха и начал: