За воротами во внешний двор де Клера ошеломили суета и шум. Яростно спорили строители; оруженосцы пытались отыскать себе свободный пятачок, чтобы поупражняться на мечах; солдаты, не занятые в дозорах, приводили в порядок амуницию.

Внезапно его внимание привлек звонкий детский хохот. Так и есть: это Шинид гонялась за щенком. Она носилась по всему двору, не разбирая дороги и не обращая внимания на то, что из-за нее паж, несший ведро воды, споткнулся и уронил свою ношу. Следом за ним каменщик постарался пройти мимо развеселой парочки, но не удержал корзину с рабочим раствором. Тем временем щенок кинулся под копыта боевому коню, на котором сидел тяжело вооруженный рыцарь, и у Реймонда от испуга замерло сердце.

Рыцарь не видел беспечную девочку и запросто мог ее затоптать! Реймонд кинулся наперерез, приказывая всаднику остановиться, но его голос был поглощен общим шумом, и де Клеру лишь в последний момент каким-то чудом удалось подхватить Шинид на руки.

На миг он замер, тяжело дыша и прижимая к груди свою драгоценную ношу. Вокруг уже собирались зеваки, хвалившие англичанина за ловкость и отвагу. Все в один голос утверждали, что только благодаря ему девчонка осталась жива.

— Милорд!

— Все хорошо, Шинид. Но больше не смей путаться под ногами!

— Я путалась?

— И еще как! — Он опустил малышку на землю и сурово нахмурился. Сегодня ему даже не пришлось стараться, чтобы напустить на себя грозный вид.

— Вчера ты устроила скачки на собаках и переполошила всю свору. Позавчера ты не давала прохода рыцарям, уговаривая их покатать тебя на лошадке, когда они собирались ехать в дозор. А сегодня я снова ловлю тебя на том, что ты крутишься возле поля для упражнений! Это ведь не в первый раз?

— Ага. — Шинид старательно избегала смотреть Реймонду в глаза.

— Ну и что полагается в таком случае сказать?

— Прошу прощения? — Она явно считала, что делает Реймонду большое одолжение.

— А как насчет «я больше не буду»? Или «я обещаю больше не лезть на поле для упражнений»?

— А на кухне скучно!

Реймонд уже успокоился, но понимал, что излишнее снисхождение не доведет девчонку до добра.

— Тогда кому-то придется за тобой присматривать.

— Тебе? — просияла Шинид.

Реймонд лишь покачал головой в ответ и огляделся, пробормотав себе под нос:

— Нахалка!

Первым ему на глаза попался Коннал, и де Клер подозвал паренька к себе.

— Теперь ты будешь присматривать за Шинид.

— Милорд? — Коннал не поверил своим ушам.

— Она не может оставаться сама по себе. Коллин слишком занята, а Изольда совсем старая и не в состоянии гоняться за ней целый день.

— Но у меня тоже есть обязанности! — Коннал поднял с земли ведра, полные овса для лошадей.

— Вот и выполняй их по-прежнему. А она пусть будет при тебе.

— Вы хотите, чтобы я стал нянькой?

— Я не младенец! — Шинид со всей силы пнула обидчика в лодыжку.

Коннал скривился от боли и поставил ведра, чтобы потереть ушибленное место.

— Шинид, леди не положено пинаться! — устало напомнил Реймонд. — Коннал, разве ты никогда не имел дела с детьми? Ведь у тебя есть сестры!

— Да, милорд, — выпрямился Коннал. — И я предпочел убраться из дому, лишь бы не стать нянькой у них!

— Обещаю тебе, что это ненадолго. Как только в замке появятся другие женщины, я освобожу тебя.

— А этих разве мало? — Коннал кивнул в сторону невест, топтавшихся возле крыльца.

Реймонд даже не посмотрел в ту сторону. Он не доверил бы заботу о Шинид ни одной из этих хихикающих кокеток, поглощенных одной-единственной целью: прогуляться с ним под венец.

— У меня есть свои причины, — строго произнес де Клер, ясно давая понять, что Коннал испытывает его терпение.

— Да, милорд, — поклонился тот.

Что же касалось Шинид, то она прямо-таки ела Коннала глазами. Реймонд украдкой ухмыльнулся.

— Ты — Коннал О'Рурк! — с торжеством заявила девчонка.

— Ну да. — Он посмотрел на нее, не скрывая опаски.

— Значит, ты — мой суженый! — выдала она, уверенно улыбаясь и откинув с лица растрепанные космы.

— А ты — несчастье всей моей жизни, — машинально буркнул Коннал… и вдруг опешил: — Прости, что ты сказала?

— Ты не проси у меня прощения, Коннал, — с чувством воскликнула Шинид. — Потому что я заранее прощаю тебе все-все!