– Только до такси. До свидания.

– До свидания, – я пожал протянутую руку. – Прошу сохранять коммерческую тайну.

– Не волнуйтесь, – ответил Бывший Директор, а теперь и бывший владелец акций. – Я никому ничего не скажу.

Дверь громко хлопнула, словно извещая, что путей отступления нет. Мосты сожжены.

Когда Алесандро проводил Бывшего Директора и вернулся, я протянул ему бумажку с телефоном Барбары:

– Вот женщина, у которой три процента акций. Надо разузнать все про нее. И очень прошу, аккуратно, без фанфаронства и выпендрежа.

– Обижаешь, амиго!

Алесандро переписал телефон Барбары и уже собрался уходить, но остановился и спросил: – Слушай, мистер Джек, а у тебя сколько градусов?

– Каких градусов? – не понял я.

– Между животом и членом! – заговорщицки прошептал Алесандро. – Ты журнал, который дал мне вчера, читал?

– Читал.

– Ну и что, померил, сколько градусов?

– А, ты про статью в журнале! – наконец догадался я. – Нет, не успел. А ты?

– Тоже не успел, но сегодня купил угломер. Вечером замерю. Тебе принести потом угломер?

– Даже и не знаю… – пробормотал я, сдерживая смех и глядя на серьезно-озабоченный вид потомка испанских грандов.

– С этим шутить нельзя. – Алесандро поучительно погрозил указательным пальцем. – А вдруг ниже нормы? Надо тут же менять диету, пока не поздно.

– Если это так важно, тогда принеси.

– Договорились.

Алесандро вышел.

Стемнело. Я закрыл офис и покатил домой. Особой радости от того, что купил акции, я не испытывал. Как раз наоборот, пока «Шевроле» пробирался по загруженным проспектам, я несколько раз пожалел, что ввязался во все это. Зарабатывал бы понемногу, играл по-мелкому и жил себе спокойно. А теперь ставки сделаны, придется играть до конца.

Добравшись до дома, я принял душ, переоделся и отправился в казино, где по четвергам традиционно собиралась небольшая компания для игры в покер. Покер был для меня не просто развлечением, но и маленьким праздником: разменять двести-триста евро, иногда выиграть, иногда проиграть. На другие вечеринки теперь приглашали редко: большинство друзей были друзьями бывшей жены, и выходило, что я там лишний.

За покерным столом, кроме завсегдатаев – толстого Гарри и долговязого в свитере – играли еще трое незнакомцев: двое парней в джинсовых куртках и симпатичная леди в коротком красном платье. Ее лицо показалось знакомым. Леди сидела, закинув ногу на ногу. Тонкая ткань платья бессовестно облегала ее маленькую грудь, а высокий разрез сбоку откровенно выставлял напоказ рисунок на колготках – ползущую ящерицу.

Я сел напротив леди и вступил в игру.

Прошел почти час. Игра не шла. Не помогла даже вторая порция виски. Крупье в очередной раз раздал по две карты, ловко метнув их на зеленое сукно. Казалось, возьми он немного выше и брось чуть сильнее, острый край прорежет горло, словно оружие японских ниндзя. Я потрогал свое небритое, но пока целое горло и взглянул на противников, точнее, на одного из них – леди в красном платье. Стрижка – короткое прямое каре. Сжатые губы подчеркнуты помадой, в некоторых местах стертой сигаретой. Усталый, отрешенный взгляд. Интересно, сколько ей лет? Наверное, от тридцати до тридцати пяти, скорее, ближе к тридцати. Очень вкусный возраст, когда тело чувственное и податливое… Облик леди никак не давал сосредоточиться на игре. Особенно отвлекала черная жемчужина в серебристой оправе на шее и край ажурного белья на плече, выглядывающий из-под платья.

Стук фишек вернул меня к реальности. Толстый Гарри удвоил ставку. Я в раздумье посмотрел на десятку и валета червей у меня на руках. Карта не сильная, но многообещающая, как брошенная украдкой улыбка женщины. Я «прошелся», то есть поставил те же деньги, что и Гарри.

Последнее слово оставалось за леди в красном платье. Она нехотя проверила карты и медленно подняла глаза. Этот взгляд сытого хищника несколько смущал. Я улыбнулся, не в силах оторваться от пальчика с изящным ноготком, двигающегося вверх-вниз по шее и оставляющего чуть видимый след на гладкой коже. «Рейз» – бросила она короткое слово и вместе с ним – несколько фишек на игровое поле.

– Господа, под вас банк. Леди удваивает ставку, – прокомментировал крупье.

Жестко играет. В начале кона сразу двойной банк – это опасно, неизвестно, какие карты потом раздадут. Кто знает, как повернет судьба. Два туза вначале проигрывают трем двойкам в конце.

Я усмехнулся про себя, вспомнив правила покера: найди слабые места противника! Какие слабые места у этой хищницы? Если только за ушком.

Я решил не нервничать, определив для себя, что она скучающая бизнес-леди и ей просто не хватает развлечений. А раз так – значит, она часто блефует.

– Добил, – я поправил на пальце перстень с рубином и подвинул ставку к центру стола.

Остальные игроки бросили карты, сказав «пас». Через пару минут банк достался мне. Она не стала уравнивать следующую ставку, а бросила карты. Я выиграл: что ж, это вдохновляло.

Ближе к полуночи, когда мой выигрыш уже составлял почти четыреста евро, среди трех карт, которые вскрыл крупье, выпала дама пик.

– О, а вот и она, злодейка! – воскликнула леди в красном и удвоила банк.

Другие игроки вышли из игры, мы опять остались вдвоем. «И все-таки зачем она так броско и вызывающе одевается?» – вертелось в голове.