— Но союз был заключен с синьором Фачино, а не с самим Вальсассиной. Белларион тогда находился у него на службе, — так же, как и Карманьола, кстати. В чем же тогда разница между ними?

— Синьор Карманьола заботился о благополучии моего брата, — ответила ему принцесса. — Если он не возражал против оккупации Верчелли, то лишь потому, что предвидел ее последствия. Он рассчитывал, что таким образом маркиз Теодоро сам создаст предлог для ответных действий против него.

Белларион тихонько рассмеялся: просьба Валерии неожиданно предстала перед ним в несколько ином свете.

— Вы смеетесь над словами ее высочества, синьор? — с вызовом спросил Карманьола. — Возможно, вы осмелитесь утверждать, что знали все мои мысли?

— Я хвалил вас за прямоту, Карманьола, но, мне кажется, вы умеете быть еще и коварным.

— Коварным! — негодующе воскликнул Карманьола и густо покраснел. — В чем же я проявил свое коварство?

— В том, как ловко вы использовали оккупацию Теодоро Верчелли, — удивил Карманьолу своим ответом Белларион и невинно улыбнулся. — А вы подумали, что я имел в виду совсем иное?

Герцог недовольно постучал по столу.

— Синьоры, синьоры! Мы уклоняемся в сторону от принятия решения.

— Здесь возможен компромисс, надеюсь, ваше высочество согласится на него, — отозвался Белларион. — Вместо кондотты Вальперги можно взять кондотту Карманьолы, которая не уступает по численности кондотте Вальперги и тоже укомплектована преимущественно всадниками. Мы с Карманьолой вместе отправляемся в поход и возглавляем кампанию против маркиза Теодоро.

— Но если Белларион будет отстранен от командования, то я очень прошу ваше высочество оставить мою кондотту в Милане, — сказал Кенигсхофен, и Штоффель уже открыл рот, чтобы присоединиться к нему, но тут терпение герцога лопнуло.

— Тише! Тише! Я — герцог Миланский и сам отдаю приказания. Я собрал вас здесь на совет, а вовсе не для того, чтобы выслушивать ваши разглагольствования о том, чего вы хотите, а чего — нет. Я согласен с предложением Вальсассины; пускай Карманьола идет в поход, раз он так настаивает на этом, но руководство боевыми действиями возлагается на Вальсассину. Я считаю дело исчерпанным и закрытым. Все свободны.

Разногласия, не затихавшие между Белларионом и Карманьолой во время подготовки к походу, надолго задержали армию в Милане. Это позволило Теодоро Монферратскому как следует приготовиться к обороне Верчелли: запастись продовольствием и амуницией и пополнить свежими резервами и без того сильный гарнизон города. Затем, в течение октября, были отремонтированы крепостные стены и бастионы и насыпан земляной вал на подступах к ним.

Укрепление Верчелли способствовало возникновению новых распрей среди капитанов герцога. Карманьола настаивал на том, чтобы открыть военные действия взятием Мортары, находившегося неподалеку от Верчелли городка, также оккупированного Теодоро. Иначе, утверждал он, армии может угрожать неожиданный удар в тыл. Белларион же считал опасность, исходящую от Мортары, не настолько серьезной, чтобы тратить на нее драгоценное время и позволять Теодоро и дальше наращивать укрепления вокруг города. Он полагал, что взятие Верчелли принудит Мортару к добровольной капитуляции.

Кенигсхофен, Штоффель и Тротта поддерживали Беллариона, но Эрколе Беллуно, командир пехоты в кондотте Карманьолы, и Уголино да Тенда, возглавлявший кавалерию, придерживались мнения Карманьолы. Конечно, Белларион, как главнокомандующий, смог бы преодолеть их сопротивление, но дело осложнялось тем, что теперь на всех военных советах постоянно присутствовали принцесса Валерия и ее брат, неизменно принимавшие сторону Карманьолы.

В конце концов Беллариону пришлось пойти на компромисс, и сильный отряд во главе с Кенигсхофеном и Джазоне Троттой был отправлен к Мортаре прикрывать тыл главных сил, скорым маршем выступивших в сторону Верчелли.

Численность войск Беллариона уменьшилась до четырех тысяч человек, но он считал, что и с такой армией вполне возможно справиться с поставленной перед ними задачей. Однако, не доходя нескольких миль до Верчелли, они вынуждены были остановиться: маркиз Теодоро взорвал мост через реку Сезию, и теперь ее широкие и быстрые воды отделяли их от города.

В двадцати милях вверх по течению, в Карпиньяно, был другой мост, и, узнав о том, что он находится в целости и сохранности, Белларион предложил немедленно воспользоваться им.

— Двадцать миль туда и двадцать обратно! — хмыкнул Карманьола. — Пустая трата времени и сил.

— Трудно не согласиться с вами. Но иначе нам придется идти в обход через Касале, а это еще дальше.

— А почему бы не построить мосты через Сезию и Черно в том месте, где они сливаются и Сезия значительно уже, чем здесь? В этом случае линия коммуникаций с армией, находящейся под Мортарой, будет растянута куда меньше.

— Вы, похоже, начинаете понимать минусы разделения наших сил.