– Да вот, через два месяца, – ответил он.

– А-а-а-а жениться? – нашлась я. – Когда?

– Не получается пока, но женюсь обязательно, – сказал он. – Мы еще даже вместе не живем. Но сейчас обустраиваем бабушкину квартирку, переедем, думаю, когда малыш родится.

– Ух ты, Димка! – воскликнула я. – Я не ожидала!

– Да я сам не ожидал! Но вообще это так здорово! Рекомендую, – сказал он и расхохотался.

Он отвез меня домой на своей машине, выпил у меня чашку чая и уехал. Оставшись одна, я задумалась. А не потратила ли я слишком много времени на поиски «неземной любви»? Может, мне тоже стоило родить ребенка? И может, человек, который мог бы стать ему хорошим отцом, уже рядом?

В течение двух следующих недель мы с Ольчиком колесили по свадебным салонам, выбирая для нее платье. Но все было не то... В одних платьях Ольчик была похожа на бабу на чайнике, в других выглядела слишком бледной. Общее количество платьев, которые она перемеряла, уже приближалось к сотне.

– Что же делать, Ань? – со слезами на глазах вопрошала Ольчик, надевая очередное платье. – Мне ничего не подходит. В одном я слишком толстая, в другом бледная, а третье мне просто не идет. Я чувствую, мне придется выходить замуж в рубище!

– Успокойся, Оль! Просто ты еще не нашла СВОЕ платье, – успокаивала я ее. – Помнишь, как долго ты искала своего мужчину? Потерпи! И твое платье само найдет тебя!

После таких слов Ольчик на некоторое время веселела и натягивала новые платья с еще большим рвением. А потом говорила:

– У меня уже голова кругом идет! На сегодня хватит. Завтра поедем в новый салон. Здесь ничего хорошего нет.

Так как немец Ольчика, в отличие от нового ухажера Лизуна, не был миллионером, он не мог позволить себе субсидировать вечеринку в зале «Наполеон», но сказал Ольчику, чтобы на платье она не экономила. Да и сама Ольчик была готова отказаться на свадьбе от всего, но платье она хотела самое лучшее. Все остальное ей было не важно. На вопрос, почему она не хочет брать напрокат лимузин, она отвечала:

– Из принципа туда не сяду! Пижонство какое! Я же в жизни на лимузинах не езжу, так зачем пыль в глаза друзьям пускать и снимать эту колымагу?! Нет уж, лучше оставим эти деньги на обустройство дома в Германии.

Такой предусмотрительности я от Ольчика никак не ожидала. Она сильно изменилась после встречи с Андреасом, стала более прагматичной. Но это и к лучшему.

Фортуна улыбнулась нам своей беззубой улыбкой лишь в шестом салоне, который мы посетили. Мы с Ольчиком стали рассматривать каталоги, при этом подруга моя как-то поникла и сказала: «Не вижу ничего подходящего». А мне как раз приглянулось одно потрясающее платье цвета слоновой кости, с короткими рукавчиками и небольшим вырезом – как раз для Ольчика, скромно и вместе с тем очень стильно и красиво. Платье было увито цветами и украшено стразами, а сзади над юбкой струился легкий летящий шлейф.

– Примерь вот это! – сказала я.

– Это какое-то очень... закрытое! – ответила Ольчик.

– Оль, ты никогда не носила открытое, может, твоя ошибка как раз в том, что ты примеряешь платья, которые просто не в твоем стиле. А это платье должно подчеркнуть твою скромность и индивидуальность. Попробуй хотя бы, ты ведь ничего не теряешь.

– Ну не знаю, – засомневалась Ольчик.

Не дожидаясь, пока она окончательно откажется, я подозвала продавщицу.

– Мы хотим вот это, – потребовала я.

– Невеста – это вы? – спросила она.

– Нет, не я, – с некоторым разочарованием ответила я, – невеста – это моя подруга.

– Тогда примите от нашего салона самые теплые поздравления и вот эту карточку на скидку. Если вы купите у нас платье, мы дадим вам скидку на все аксессуары, в том числе и для жениха, – улыбаясь, защебетала продавщица.

Через пару минут платье уже принесли. Оно было даже еще красивее, чем на фотографии.

– Ну-ка надевай, – скомандовала я.

И вот Ольчик предстала передо мной в свадебном платье, своем платье. Она была прекрасна. Но это уже была не Ольчик, а Ольга – красивая молодая женщина, которая готова была начать новую жизнь. На ее лице сияла самая искренняя улыбка. Она с надеждой спросила:

– Мне ведь идет?

– Ты неотразима, говорю тебе, положа руку на сердце, – ответила я и почувствовала, как по щеке ползет слеза. Но это была слеза счастья. Счастья и радости за подругу, которая была мне очень дорога.

– Мы берем, – крикнула я продавщице, – давайте сюда вашу скидку!

– Мне даже снимать его не хочется, – смеялась Ольчик.

– Неудивительно! Ты в нем просто принцесса!

На том и порешили. К платью мы подобрали перчатки в тон, разумеется, подъюбник и прочую ерунду для прически и даже что-то для жениха. Когда мы вышли из салона, Ольчик набросилась на меня с объятиями и поцелуями: