Время от времени Мирослав гостил у бабушки с дедушкой, стоит ли говорить, что дед решил отдать должное, воспитывая внука, чтобы тот был лучшим во всём. Старшими братьями занимался отец, а Мирослав любил проводить время с дедушкой, который уделял много времени его учёбе, особенно в воинском деле. У Мирослава не было магических способностей, поэтому его с младых лет готовили лишь на воинскую службу, а вот старшие братья пошли по стопам отца.

Сестрой Любой же занялась бабушка и вцепилась в неё мёртвой хваткой, готовя на своё место.

Ну и вот в первом классе отец решил выпендриться. Старшие ведь уже не подходили под возраст, а Мирослав хорош был в бою. Так и произошла судьбоносная встреча Мирослава и меня. Отец хотел, чтобы на Мира обратил внимание хан. Но сын заупрямился, не такой судьбы он хотел. Поэтому отказался участвовать в боях.

Зато другие бились за какую-то единственную девчонку. Получилась куча-мала. Девочка вышла из общего зала. За дверью стоял Мирослав, который был взбешён разговором с отцом.

А стоило Миру скользнуть презрительным взглядом по девочке, как сердце пропустило удар.

– Тебе не нравятся бои?
– всё, что он смог придумать в тот момент.

– Посмотреть не на что.

– А если я их всех побью, ты на меня будешь смотреть?

– А ты сможешь? Не мелковат ли для всех?
– белокурая девочка заинтересовано подняла бровь. Странно, но эта "белокурая девочка" совершенно не вызывала никакого отклика в моих воспоминаниях.

– А какой приз мне полагается?

– Я.

– Ты выйдешь за меня замуж?

Девочка растерялась. Не такого ответа она ожидала. Какое-то время она молчала, обдумывая предложение.

– Давай так, не будем загадывать на будущее. Я собираюсь поступать в высшее имперское училище. Там и встретимся, если потянешь.

Мальчик заценил предложение. Но смотреть велел лишь на него, как он всех ребят побьёт. Девочка же пообещала совместный снимок в случае его победы.

Ну а дальше я уже знала и помнила. И смотрела я действительно только на него. Дрался он красиво. Ловко уворачивался от всех, и наносил свои удары. Причём хватало одного удара, чтоб уложить на лопатки каждого.

Тут же появились два мужчины, один из которых был моим отцом.

– Папа, сделай снимок нас, - попросила я.

Отец усмехнулся сквозь усы и бороду и выполнил просьбу дочери.

Но когда я посмотрела на снимок дома, я была в ярости. Его ещё поместили в семейный альбом и всем показывали. Особеннно мальчишкам-одноклассникам, которые иногда заходили к нам в гости. Класс у нас был дружный и посиделки устраивали частенько всем классом у нас.

– А дальше что было?
– решила я вырваться из воспоминаний и продолжить слушать рассказ мужа.

– А дальше я стал пытаться разбудить магические способности. Потихоньку мне это удавалось. Часами просиживал за учебниками, доставшимся от старших братьев, в том числе и по магии.

Отец же говорил, что я заболел, влюбился в ту девчонку. Я не спорил, но заявил, что поступать собираюсь вслед за братьями. Отец посмеивался, но тренировки по магии стал проводить совместные. А когда увидел, чего я добился, решил вплотную заняться сыном. Дед ругался, говорил, что отец совсем свихнулся на своём стремлении всех загрести в своё ведомство. Но однажды, приехав в гости, дед с изумлением отметил успехи внука.

– Этот далеко пойдёт!
– сказал дед своему сыну.

После этого дед с отцом помирились и на лето Мир приезжал к бабушке с дедушкой, где усиленно тренировал тело, не забывая про точные науки.

Перед поступлением в желаемое место к ним заявился Ратый. Предложил пойти на учёбу в ордынское высшее учебное заведение. Но Мирослав отказался. Хан забрал моего мужа к себе в орду на месяц и показывал все прелести кочевой жизни. На Мира недобро косились молодые ребята да и заправские вояки.

– Я не могу. Это не моё.

– Я даю тебе шесть лет. Учись, это не помешает твоему воинскому мастерству, но тренировки не забрасывай. Я пришлю лучшего учителя боевых искусств к вам на поток.

Воевать с ханом не хотелось, тем паче, что тот хорошо к нему относился и собирался сделать приемником.

Мир согласился.

Ну а потом я уже знала, мы встретились, когда Мира попытались отравить. Тогда мои способности в определении яда достигли своего рассвета. Мир меня схватил в охапку и прижал к стене и смотрел на меня странно. И я прошептала ему те слова про отраву. Взгляд его переменился, он прошелтал в ответ, что ответит мне тем же, чтоб я не обижалась. И началась наша "война". Девчата с потока посмеивались над нами, говорили о великой любви. Но я знала, что это всего лишь игра на того, кто хотел смерти Мира. Из парней я ни с кем не общалась, да и они меня стопонились, как теперь знаю - с Мирославом не рисковали вступать на тропу войны, потому что он объявил меня своей.