Шрифт:
Они дошли до задней двери лавки. Фред уже хотел отпереть замок и подняться в квартиру, но Роуз остановила его.
– Ты сказал «когда Дейзи уедет». Она собирается уехать? Мне она ничего не говорила. Ей пришла повестка?
– Еще нет. У нее отсрочка, потому что наши мальчики служат, а мне нужен водитель, но твоя мать может справиться в лавке сама, а пострелы Престоны, скажу я тебе, оказались трудолюбивыми. Некоторые мамины приятельницы даже готовы предложить им поработать у себя. А Дейзи… Что ж, она хочет записаться в ВААФ, и нам ее не удержать.
Глава 5
Кино их не разочаровало, даже превысило ожидания. Оно называлось «Буря в стакане воды» и хорошо повеселило зрителей. Дейзи от души позабавилась, таких красавиц, как Вивьен Ли, ей еще не доводилось видеть. Салли, правда, осталась верна первой покорившей ее актрисе, Маргарет Локвуд.
Дейзи воздержалась от ребяческих споров, и вечер прошел замечательно. Салли, их школьная подруга, а теперь восходящая звезда, была ярче и изящнее, чем когда-либо прежде. Возможно, она действительно находилась на пути к известности, но внутренне мало изменилась с тех времен, как они вместе играли в сквере или на полу кинобудки ее отца-киномеханика.
– Кажется, мы не провели вчетвером ни одного дня после той вечеринки, которую ты, Дейзи, устроила для меня перед самым объявлением войны.
– Такое впечатление, что с тех пор прошла целая вечность! Как ты думаешь, мы из-за войны состарились? Не знаю, как ты, Салли, а у меня иногда бывает такое чувство, словно мне все сто лет!
– А на вид не скажешь! Мне вас очень не хватает. Не знаю, как там Грейс, что с ней?.. Вряд ли она простила меня за то, что я посмеялась над Сэмом, а теперь его тоже не стало.
– Он всего лишь пропал без вести, это разные вещи, Сал. Скоро мы выясним, куда он делся. А у Грейс, думаю, то, что наш чудесный викарий называет «проблемами», идущее от ее раннего детства, и ей надо с этим разобраться. Может, она нам все расскажет, а может, и нет. Она знает, где нас найти: мы по-прежнему здесь.
– Надеюсь, ты права. Да, совсем забыла: папа опять получил для показа «Утренние крылья»! Видела этот фильм? Первое английское цветное кино! Тебе понравится: куча лошадей – и Генри Фонда! – Салли произнесла это имя так, словно оно светилось в небе золотыми буквами. – У него невероятные глаза, смотрят прямо внутрь тебя. Он такой, такой…
От ее напора Дейзи стало немного неуютно. Она решила подразнить подругу.
– Салли Бруэр, ты часом уже не?.. Сама понимаешь…
– Вымой свой рот с мылом, мисс Петри. Я берегу себя для Кларка Гейбла.
– Что ты говоришь!
Дейзи трижды, каждый раз застывая и почти переставая дышать, смотрела «Унесенных ветром» и ходила бы на эту картину еще и еще, если бы копию не увезли в другой кинотеатр – один из длинной очереди жаждущих. Но и на этом фильме они хохотали так, как раньше, школьницами. Это было восхитительно.
– Черт! – Салли споткнулась о неровность тротуара. Дейзи подхватила ее за локоть.
– Ты жива?
– Вроде… Но жутко перепугалась. Терпеть не могу двигаться впотьмах на ощупь, не зная, кто рядом. Это в затемнении самое худшее. У меня всегда мороз по коже.
Дейзи не нашлась что ответить. Когда они добрались до домика Бруэров, Салли пригласила ее на чашку горячего шоколада. Дейзи отказалась:
– Не могу, Салли. У отца завтра день закупок, а покупатели соберутся к дверям лавки уже к восьми утра.
Они обнялись, дали друг дружке слово чаще видеться, и Салли исчезла за дверью. Дейзи заторопилась к себе, соблюдая в темноте максимальную осторожность; вокруг нее еще были недавние зрители из кинотеатра. Всего пять минут – и она поднимется по лестнице и прыгнет в свою уютную постель…
Сирены воздушной тревоги взревели одновременно на всех фабриках Дартфорда. Страшный звук наполнил воздух, люди бросились врассыпную, некоторые на бегу спотыкались и падали. Их целью были ближайшие бомбоубежища. Дартфорд хорошо подготовился к бомбежкам, на улицах и в подвалах больших магазинов жителей ждали надежные укрытия.
Место для Дейзи нашлось рядом с очень полной, но бесконечно любезной женщиной, распространявшей, увы, запах дезинфицирующего средства. Оставалось набраться терпения и ждать, надеясь на лучшее. В помещении было какое-никакое освещение и сидячие места. Но даже в этот бетонный короб проникало гудение неприятельских самолетов и беспрерывная пальба пушек. Потом раздались тяжелые разрывы, и пол убежища заколыхался, как будто от близкого попадания снаряда.
– Бомба! – испуганно крикнул мужской голос. – Под самым нашим носом! Боже, помоги нам! Прямое попадание всех нас угробит. Я выхожу!