Леля подошла к роботу и начала ползать вокруг него.

– Подсади.
– Попросила она, когда захотела забраться к нему на спину.

Я помог. Минут через десять она вынесла вердикт:

– Кристаллы с памятью они не меняли - оставили старые. Какие-то следы там остались, но что на них хранилось конкретно - не понятно. Тут, опять же, комп нужен для обработки. И желательно помощнее.

– В общем, пока полный затык.
– Подвел я итог.
– И что делать будем?

– Вику ждать, конечно же!

– Не понял.

– Я же уже говорила тебе. Вика не просто так к нам едет, а еще с одним роботом и комбайном. Просто, пока вся эта катавасия случилась, она решила немного подождать, пока все не успокоится.

– Гм. Пошли тогда, что ли внутрь. Посмотрим, что еще сделать нужно. Она, кстати, когда к нам собиралась?

– Вика-то? А я сейчас в лагерь схожу, и передам ей, что уже можно. А там, как с пилотами о сбросе договорится. А я пока в сети посижу у Нильса в лаборатории.

Я пошел в тамбур один:

– Ладно уж. Беги, тунеядка. Все бы тебе в сети сидеть.

Леля уже топала по направлению к лагерю. На ходу поправив один из колышков, она обернулась и замахала рукой:

– Не скучай тут!

А я пошел внутрь нашего жилья. Освещение внутри горело в пол накала. Тут и там зияли дыры либо от так и несобранных стенных конструкций, либо от выдранных видеотерминалов.

– Хорошо хоть комбайн пожалели - не стали раскурочивать.
– Пробормотал я сам себе.

Впереди оставалось еще море работы. Без планов, которые мы хранили в памяти компьютеров, затевать что-то капитальное не стоило, поэтому я занялся всякими мелкими работами по наведению порядка. Спрятать провисающие провода в кабель каналы, приклеить на монтажный клей плинтусы, подравнять грубо отрезанные края, убрать в реакторную обрезки и прочий строительный мусор (на корм комбайну) и тому подобное.

Я уже занимался установкой смесителя в будущем пищеблоке, когда меня отвлек крик откуда-то сверху:

– Ау! Есть тут кто-нибудь живой?

Я торопливо отряхнул руки, наскоро обтер их и пошел смотреть, кого принесла нелегкая. А принесла она Викторию:

– О! Хрисанф! А я думала, куда ты подевался.

– Пожалуйста, не Хрисанф, а Хрон.
– Поправил я на автомате.
– Что-то ты быстро как-то добралась, Леля к тебе не больше двух часов назад ушла.

Виктория не обратила на мое ворчание внимания:

– Правда? А я и не знала. Мы же раньше договаривались на этот день. Я уже с утра у дисколетчиков на аэродроме сидела со всем грузом. А у тебя тут интересно. Очень хотелось посмотреть на все это вживую.

– Да чего тут. После того, как всю технику утащили, все встало почти. И планов нет.

– Планы у меня есть с собой. Самые последние. Те, которые с твоей сестрой переделывали.

– А робот?

– Робот пока на верху остался - я его еще не распаковывала.

– О! Живем!

– Ладно, показывай, что тут у вас творится.

– Так ты же сама все знаешь - твои планы-то, по сути.

Вика назидательно подняла палец:

– Чертежи - это одно, а увидеть все в живую - это уже другое! Давай, веди уже, хозяин. Не заставляй гостью любопытством мучатся.

– Эээ. Тебе с чего начать показывать-то?

– С наших комнат, конечно!

Я тупо повторил:

– Наших?

Но Виктория уже убежала по лестнице вниз. Оттуда донеслось:

– Здорово! Только пусто пока.

Я спустился за ней и был огорошен в лоб еще одним вопросом:

– А вы еще не в своих комнатах спите?

– Да я как-то и не знал, что для меня уже комната выделена. Думал, после строительства распределением займемся.

– Эх вы, мужчины! Все на потом оставляете, никогда планированием не хотите заниматься! Леля тебе разве не сказала? Мы же еще во время перепланировки комнаты поделили. Вот это твоя.
– Вика показала на дверь.
– А вот это моя.
– Она указала на дверь напротив моей.

– Что-то это неспроста.
– Подумалось мне. На этом этаже ведь только две комнаты под жилье подходят. И, кажется, я знаю, чьи длинные уши торчат из этого 'распределения':