– А Леля какую комнату себе выбрала?

– Еще ниже и по коридору, за серверной - поближе к ее любимым компьютерам.

Все интереснее и интереснее. А меня не спросили, значит. Поняяятно.

У Вики на поясе заиграл коммуникатор. Она взглянула на вызывающего и сказала:

– Ах да! Совсем забыла! Ева Анатольевна хотела с тобой поговорить. А то у вас пока видеофоны все убраны - связи нет нормальной.

Она включила прием:

– Да, Ева Анатольевна. Да. Тут. Хорошо.
– Потом она протянула мне коммуникатор.
– Ева Анатольевна хочет с тобой поговорить. Без свидетелей. Я пока схожу в будущую оранжерею, а коммуникатор потом отдашь.
– Сунула мне в руки коммуникатор и убежала.

Ну вот. И о чем со мной хотят поговорить? Наверняка, ничего хорошего! С опаской я нажал на сенсор приема и спросил:

– Да?

– Хрисанф?

– Он самый.

– Виктория рядом?

– Нет, убежала уже. Она сказала, что вы хотите со мной о чем-то поговорить.

– Да, да. Эээ... Как бы это удобнее сказать...
– По голосу чувствовалось, что Ева Анатольевна не может решить, как лучше начать разговор.
– Понимаешь, Хрисанф. У вас с самого начала программа обучения сбилась и вы толком не прошли вводную и не ознакомились с нашими правилами.

– Да, вроде, Владимир Владимирович нам все доходчиво объяснил.
– Ответил я, не понимая, что за вопрос волнует мою собеседницу.
– Все понятно было...

– Все, да не все. Он больше со своей колокольни вам рассказывал. Творчество, инициативность, находчивость, техническая смекалка. А я, как ответственная за генетику и здоровье, про другое хочу сказать...

– Мы же прошли осмотр. Или вы хотите сказать, что у нас что-то нашли?
– Кажется, я начал понимать, куда клонит куратор.

– Да нет же.
– С досадой ответила она.
– Господи! Как же сложно об этом с молодежью говорить! В общем, вы сейчас будете с Викторией жить. Понимаешь, к чему я клоню?

– Нет.
– Я действительно не понимал, про какие такие проблемы говорит Ева Анатольевна, и причем здесь какие-то правила.

– Да блин! Я говорю о сексе!

– Чего?!
– я просто в осадок выпал.
– И чего? Вы хотите чтобы я?..

– Да нет же!

– Но вы же сами только что...

– Никакого секса! Только с моего разрешения и только после проверки генетических карт!
– Наконец, собравшись с духом, выпалила Ева Анатольевна.

– Эээ... Да я как бы и не...

– Вот только не надо мне сейчас говорить, что ты 'ничего такого не думал'!

Я покосился на расположенные друг напротив друга двери моей комнаты и Викиной. Я-то, может, в запарке последних дней и не думал. Не до того мне было совсем! А вот кто-то, видимо, об этом подумал. Я шепотом ругнулся:

– Ну Л-л-леля...

– Что?
– Переспросила Ева Анатольевна.

– А, нет. Ничего.

– Ты все понял?

– Да, конечно.

– Узнаю - мигом вылетите из лагеря!

– Хорошо.

– Тогда у меня все. Еще вопросы будут?

– Нет-нет, я все понял.

– Хорошо. Отбой связи.

В ступоре от неожиданной отповеди, у меня даже вылетело из головы, что я хотел пожаловаться на военных с их подставой, но Ева Анатольевна уже отключилась. Я еще раз ругнулся:

– Вот мелкая засранка...

Глава 11.

Надо было подобраться поближе к краю огомной ямы, из которой, откуда-то снизу отсвечивало красным. Я осторожно прополз по щебню чуть ближе. Черт, на меня обратили внимание! Из ямы стремительно взметнулось черное длинное щупальце и стегнуло землю совсем рядом со мной. И так же стремительно исчезло. На месте удара осталась длинная узкая канава. Накопившийся страх словно толкнул меня и я пришел в себя:

– Блин. Приснится же такое.