Шрифт:
— Обломок полотна ножовки! — удивленно воскликнул Ефетов. — В прошлый раз его тут не было. Я ведь с этого места опилки сгребал.
— Вот и получается, — заключил Нечаев, — что первую петлю отпиливал кто-то спокойно, не поломав ножовки, а вторую только начал — сломал ножовку. Выходит, что торопился. Не нравится мне это.
Всю дорогу до части подпиленная крышка люка не выходила у старшего сержанта из головы. Раза два он вынимал из кармана обломок ножовки и внимательно рассматривал его. На ножовке, видимо, было написано название завода, но на обломке остались только три буквы. Их сочетание показалось старшему сержанту необычным.
— Товарищ Казарин, — обратился он к ефрейтору, — вы у нас немецким свободно владеете. Не сообразите ли, что это за слово тут было написано?
И он протянул разведчику обломок полотна ножовки, на котором стояли три буквы — THE…
Казарин посмотрел на них, наморщил лоб, почесал затылок и наконец ответил:
— Не соображу что-то, потому как слово тут явно не полное. Скорее же всего не немецкое, а английское, и тогда эти буквы могут означать определенный артикль, который в английском языке употребляется перед именами существительными.
Старший сержант задумался. Чутье разведчика подсказывало ему, что дело тут нечистое. Уж очень непонятно было, кому и зачем могла понадобиться крышка люка. Однако профессия разведчика приучила Нечаева во всех подозрительных случаях принимать самостоятельные решения, и он, остановив свое отделение на небольшой полянке, распорядился:
— Товарищ Ефетов, возвращайтесь назад и наблюдайте за «королевским тигром». Может быть, придет кто-нибудь за крышкой люка.
Прибыв в часть, Нечаев тотчас же доложил командиру взвода лейтенанту Львову о своих подозрениях и показал обломок ножовки. Лейтенант выслушал его внимательно.
— Поступили вы правильно, — сказал он, — хотя дело-то, может быть, и не такое уж таинственное. Могла ведь эта крышка понадобиться кому-нибудь из танкистов, что стоят неподалеку от нас. Или, может быть, из трофейного склада кто-нибудь заинтересовался ею.
— Но тогда им незачем было делать это украдкой, — заметил Нечаев. — А тут кто-то тайком действует. К тому же эти странные буквы на ножовке.
— Ну, в них, положим, тоже нет ничего удивительного, — усмехнулся лейтенант. — Могут ведь эти три буквы — THE — войти и в состав русского слова?
— Едва ли, — с сомнением покачал головой Нечаев. — Я что-то не могу придумать такого слова, которое бы подходило по своему смыслу для надписи на полотне ножовки. Все отделение мое над этим голову ломало, а ведь мои комсомольцы-разведчики Казарин и Максимов — лучшие кроссвордисты у нас в роте.
— Ну, тогда вот что, товарищ Нечаев, — решил лейтенант, — я свяжусь с танкистами и наведу справку в трофейном складе, а вы тем временем сходите к Ефетову.
Неудавшаяся засада
Когда Нечаев подошел к подбитому танку, то не заметил возле него Ефетова. Лишь после того, как старший сержант негромко крикнул кукушкой, Ефетов вылез из-за кустов.
Старшему сержанту понравилось, что разведчик замаскировался так ловко, но, прежде чем похвалить его, он приказал:
— Докладывайте о происшествиях, товарищ Ефетов.
— Происшествий, можно сказать, почти не было, так как я, кажется, спугнул этого типа, — смущенно ответил Ефетов.
— То-есть как это — спугнул? — удивился старший сержант.
— Нечаянно спугнул. К танку ведь подойти незамеченным совершенно немыслимо. Пришлось сделать большую петлю и зайти со стороны вон тех кустов. А когда я подошел к ним, то вдруг заметил сидящего человека. Увидев меня, он ничуть не смутился, поздоровался и спросил, который час. Потом встал и хотел идти, но я попросил у него закурить, чтобы получше разглядеть его. Он дал мне папиросу и на мой вопрос, далеко ли путь держит, ответил, что идет в местную МТС. Хотел было я документ у него проверить, да решил, что этим только все дело испортить можно. Он поймет, что его подозревают и насторожится. А ведь его надобно с поличным поймать. Правильно я рассудил, товарищ старший сержант?
— Пока правильно. Рассказывайте дальше.
— Потом, когда он скрылся за деревьями, забрался я на танк и осмотрел крышку люка. Она была все в том же положении. Выходило, что крышку никто не трогал с тех пор, как мы ее в последний раз осматривали. Я решил замаскироваться в кустах и посмотреть, не вернется ли этот человек. Но он больше не появлялся.
Нечаев не сказал ничего, но Ефетов слишком хорошо знал своего командира, чтобы не заметить его досады.
— Я и сам теперь понимаю, что не так нужно было действовать, — сокрушенно вздохнул он.