…Барон осматривал оружие и доспехи недавно принятых в дружину крестьян. Повертел в руках цеп, пощупал стеганый зипун с нашитыми спереди полосками толстой кожи. Опробовал топор – тяжеловат для боевого, но удобно сидит в руке. Владелец оружия – плечистый среднего роста парень лет двадцати, затаив дыхание, смотрел на хозяина. Нижняя губа подрагивала.

– Убивал кого-нибудь им? – спросил барон парня, возвращая топор.

Тот отрицательно замотал головой. Потом вдруг растянул губы в глуповатой усмешке.

– Только ножиком, господин. Разбойничка одного на дороге.

Барон кивнул и повернулся к стоящему неподалеку Дэну.

– Что за доспехи у воинов Регласа?

– Они называют это кирасой, – словно вспоминая незнакомые слова, сказал Дэн. – Это как панцирь, только металлический. Очень крепкая броня. Шлемы сильно вытянуты вверх. На вооружении палаши – такие мечи, длинные, заточенные с одной стороны. Ими хорошо разрубать доспехи. Еще кинжалы, копья, цагры. [6] Владеют оружием очень хорошо. Я слышал, они несколько раз схватывались в лесу с чьими-то воинами. Может, и с вашими.

Барон поморщился, но ответил:

– Я потерял в том проклятом лесу два десятка своих людей. Исчезли бесследно.

– Стражники говорили, что Реглас потерял несколько человек…

– А что на тебе за доспех?

Вчера барон спрашивать не стал, не до того было. Но сейчас внимательно рассматривал бахтерец и висящий на поясе меч.

– Этот доспех я купил на юге. Там его называют бахтерец. Надежная броня, хорошо защищает от ударов, на среднем расстоянии может выдержать стрелу. Не очень тяжелый…

Дэн осекся, увидев в глазах барона знакомое выражение. Так смотрят на понравившуюся вещь, когда хотят ее получить. Хорошие доспехи в эти века стоили очень дорого. Поэтому на поле боя с убитых сдирали все, чтобы использовать самим.

Бахтерец на фоне простых, даже усиленных нагрудниками кольчуг барона и его дворян выглядел роскошно. Но вряд ли Жермен рискнет отнимать его у Дэна силой. Хотя… может, он рассчитывает забрать бахтерец после его смерти?..

– А что за меч? Покажи.

Дэн извлек меч, поднял вверх, резко рубанул воздух. Тонкий свист сопроводил быстрое движение. Клинок сверкнул на солнце, вновь взмыл вверх и замер.

– Им удобно фехтовать, – пояснил Дэн. – Пробивная способность выше. Раны наносит тяжелые.

И опять барон завистливо смотрел на оружие. Нет, сейчас не отнимет. Но при случае попробует забрать.

«Забрал бы и сейчас, – насмешливо подумал Дэн, глядя на барона. – Если бы знал, из какой стали это сделано. И что его оружие пробить бахтерец не сможет, а моя сабля просечет любые здешние доспехи…»

Он видел, что и дворяне, и десятники, и сын барона с восхищением смотрят на его оружие. С восхищением и завистью. Все, что мужчин интересовало в этом мире, – это оружие, лошади и золото. Женщины идут уже после.

Дэн убрал клинок в ножны, глянул на Жермена. Тот задумчиво сказал:

– Вижу, на юге делают хорошее оружие. Надо побывать там, когда закончим с Регласом… А? Ладно, едем к наемникам.

Лагерь наемников расположен прямо под стенами замка. Его выстроили в форме круга. По периметру стоят телеги, между ними устроены завалы из сбитых крест-накрест бревен. В центре десяток шатров. Наемники даже здесь, в относительной безопасности, вели себя как в дальнем походе, не забывая об охране. Впрочем, для них любой поход – дальний и опасный.

В отсутствие Шарле отрядом командовал десятник – здоровый малый необычайно высокого для этих мест роста. Почти вровень с Дэном, но в плечах шире, руки толще, ладони размером с лопату. Изрытое оспинами лицо сохраняло мрачное выражение. Глубоко посаженные глаза смотрели настороженно, недобро.

Это был битый-перебитый профи, лет с двенадцати державший оружие в руках. На вид ему тридцать, выходит, почти два десятка лет он живет мечом. Значит, опытен, умел и удачлив. Иной просто бы не дожил до таких лет.

Десятник встретил барона и его свиту у периметра лагеря. Его люди быстро оттащили в сторону телегу, загораживающую проход, и замерли на месте, приветствуя хозяина. Раз платит, значит, хозяин.

– Рад видеть тебя, Кобрук, – кивнул ему барон. – Как вижу, твои люди готовы?

– Мы всегда готовы, господин барон, – пробасил богатырь. – За это нам и платят. Вы хотите видеть всех?

– Да.

По сигналу Кобрука наемники собрались у шатров, встали полукругом. Никакого строя, ломаная линия. Они вольные бродяги, выказывать рвение нет надобности. Им платят за бой, а не за парад.