Вода в доме есть – а баня одна на весь агрогород. В субботу – мужики, в воскресенье – бабы.

Место выделили под сараи. Чтоб, значит, живность какую-никакую под рукой иметь. Чтоб это… кроме телевизора, чтоб ещё что было.

Под гаражи место выделили, чтоб было куда мотоцикл или велосипед поставить на ночь, под замок, значить.

Вот и жили так. Страну корёжило, мы уворачивались. По утрам мужиков корёжило тоже, к вечеру выравнивалось, а как Солнышко на покой, так и мужикам спать.

Жили, пока все по хрену не стало. Как по хрену стало, так всем, конечно же, сразу все стало по хрену. Молодняк в обычный город подался. Поля, где была наша Подмышка, к этому времени уже заросли.

Все бы ничего – можно спокойно и умереть, но…

Дом-то у нас… двенадцать семей живет, младшему, не считая пострелят – за пятьдесят. «Дом престарелых» – нас называют. Да и другие дома такие же. Агрогород-то не получилось. Выкидыш произошел, а деревень-то нет. Взад некуда!

Яма в доме выгребная рухнула. Каждый поставил себе на улице по сараюшечке, чтоб это, значит, куда ходить… Как было раньше в деревне, только теперь по городскому – в ряд. Двенадцать! В ряд. Ровненько так. Строем! Это!... А у меня второй этаж…

Не набегаешься вверх-вниз.

Уехал я оттудава опять в деревню. Но уже в другую, поскольку Подмышки-то нет уже.

А у нас магазина нет, а есть только в Подгузке. Вот туда и иду.

…Может, что захватить по дороге-то. Если надолго тут, а?..

Тут хорошо на полянке-то.

…Трое слушали, молча. Тот, что средний присел на траву, обхватил голову руками.

– Ничего не могу понять! Ни-че-го! – сказал он, раскачиваясь.

– Чё, например-то? – Пахом присел, положив руку ему на плечо. Двое других продолжали стоять.

– Например, почему нет в Подгузке магазина, – средний перестал раскачиваться и вопросительно посмотрел на Пахома.

– Нет! В Подгузке есть. А где я живу – нет. Вот и иду, – спокойно поправил того Пахом. – Так кому торговать-то? Чтоб торговать – надо рядом жить, чтоб охранять товар там… стекла на магазине. А Зинка-то… Баба-то в Подгузке одна. Зинка-то… Ей это надо? Ей что – боле заняться нечем? Одна она в деревне-то…

Пахом хотел было объяснить «почему», но подумал и не стал, потому, что средний опять обхватил голову руками.

«Бли-и-и-и-н! Вот она жизнь-то! Вот как надобно… Вот живут люди!» – услышал Пахом где-то в районе затылка.

«Неужели им удалось сжать спираль развития и завязать в циклический узел?»

«Похоже! Говорит, что вернулся туда, с чего начал, только в другое место, поскольку начальная точка перестала существовать во времени, а значит и в пространстве».

«Говорит, что перед этим хаос свели в одну яму и только потом смогли систематизировать. Именно система понуждает к движению «вверх-вниз»».

«А это для вас удивительно? Да?.. Начните опять спорить с нами, что такое «верх», и что такое «низ».

Вы сколько уже спорите о том, что такое «вчера» и что такое «завтра»? Вот люди. Просто и понятно для себя определили. «Вчера» – где был до того, как появился здесь – «сегодня», перед тем, где будет потом – «завтра». И нет проблем. Вернулся туда, где был – вернулся во «вчера», пошел дальше – пришел в «завтра». И нет проблем. Нет! Чтоб далеко не уйти во времени – возвращается в пространстве. Говорит же – «Если тут надолго, то на обратной дороге зайду».

«Двенадцатеричная система исчисления! Вот так вот! В трехмерном пространстве при переменной четвертой и на тебе – двенадцатеричная система исчисления. Простенько так и со вкусом. Без криков на всю вселенную».

Средний хлопнул себя тыльной стороной ладони по шее, кивнул, и посмотрел на высокого.

– А и чё? Дельное предложение! – сказал Пахом и глянул на того «кто все контролирует». – И совсем не обязательно там везде в каждом кабинете все рассказывать потом. Если захвачу колбаски и кильки, то можно просто сказать, что обедали на полянке. Да! Было такое! А остального-то и не было.

Можно вон в тенек зайти, – Пахом кивнул на травку под тарелкой, – сверху и не видно.

«Хорошо. Пусть ваши правы! Я не понимаю про что он говорит, не думая», – услышал Пахом.

Средний хлопнул себя по шее.

«А кто его знает? Генетически стабильная побуждающая информация. Идет помимо мозга. Кто ж её прочтет? Не увидим – не поймем».

Высокий пожал плечами и тоже хлопнул себя по шее.

Пахом посмотрел вопросительно на того, который все контролирует.

Тот тоже хлопнул себя по шее.