– Наверное, Вы правы, но именно сейчас это не важно. Можете пообещать мне содействие в моём вопросе.

– Константин пожал плечами.

– Могу Вас представить генеральному директору, а там – как он решит.

– Вот и спасибо! Большего мне и не надо. Заранее благодарен.

Зазвучала музыка, Вера прервала разговор с Валентиной, повернулась к Косте.

– Пойдём, потанцуем?

Зал наполнился людьми, танцующими медленный танец.

– Почему ты не пошёл играть перед этим?

– Мне не понравилась эта игра с намёком.

– Да все игры на таких мероприятиях с намёком!

– Этот показался мне отталкивающим.

– Вот и Вероника не пошла, своенравная. Скоро повезу её на экзамены.

– Как она относится к отцу?

– Любит его. Всё-таки всю жизнь прожили вместе, кроме последнего года, но больше привязана ко мне. Не знаю, что буду делать, если она поступит, - вздохнула Вера.– Не хочу

жить в одиночестве.

– Разве у тебя нет возможности быть рядом с ней?

– Я об этом ещё не думала. Видно будет. А ты не ревнуешь свою Валентину? – игриво спросила она, когда они чуть не столкнулись с ними в танце.

– У меня и оснований, я думаю, нет.

Танец кончился, они вернулись за стол, но тут снова зазвучала музыка быстрого танца, и Вера снова потянула его в круг, но он мягко отказался и в одиночестве остался за столиком, а Валентина всё так же танцевала с Николаем. Костя отвлёкся и не сразу заметил напротив танцующую без пары Веронику, которая была великолепна в своём танце, держась уверенно, с достоинством, даже неким благородством и безупречной красотой в движениях, почти неотрывно глядя на него. Он никогда не видел, чтобы так танцевали, и хотел войти в круг, чтоб составить ей пару, но подумал, что больше никогда не увидит её в этом образе, и не стал ничего предпринимать, очарованный происходящим. Музыка, между тем, смолкла, и Вероника, проходя мимо, наклонилась к нему, счастливо блестя глазами.

– Ты – мой! Ты – мой!

С небольшими перерывами танцы продолжались, и Костя наконец-то потанцевал с Валентиной.

– Ну, и как вечер? – спросил он.

– Мне нравится.

– Ты что-то словно прилипла к Николаю?

– Да ты ревнуешь? – игриво отвечала жена.

– Вообще-то почти нет, но если судить по твоему поведению, то должен бы, - отвечал муж и подумал, что нисколько не покривил душой перед ней.

– Тебе не в чём меня упрекнуть, ты, вон, тоже танцуешь с Верой, и не только. А с Николаем – интересно.

– К тому же он богатый, - улыбнулся Костя.

– Да, да! Не то, что ты, - смеялась она.

Костя, давно замечая следящий за ним взгляд Вероники, решил пригласить её на следующий танец, а когда подошёл к её столу с этим намерением, то с изумлением понял, что волнуется, не понимая, как мог позволить себе дойти до такого состояния, чтоб волноваться от встречи с ней. Отец её, отвернувшись, был занят разговором, и Костя просто протянул ей руку. Она встала, неотрывно глядя на него, взяла за руку и первая

направилась в круг танцующих, ведя его за собой, словно сама была инициатором этого приглашения. Уведя партнёра в центр круга, в толпу, Вероника положила ему руки на плечи и тесно прижалась всем телом, пресекая его попытки установить дистанцию, и Константин перестал сопротивляться, не понимая уже, нужно ли это делать. Девушка молчала, положив голову ему на грудь, танцуя легко, абсолютно чувствуя такт и охотно подчиняясь рукам, её ведущим; он же понимал, что волнение его не только не прекратилось, но, наоборот, стало ещё сильнее, а упругое тело Вероники всё плотнее прижималось к нему. Она вдруг подняла голову, глядя на него безумными глазами, прильнула своими губами к его губам, чтоб следом напрячься всем телом и, задрожав, почти повиснуть у него на руках. Вздрогнув от испуга и не решившись взять её на руки, Костя осторожно вывел её из толпы танцующих, держа под руку.

– Подожди, - попросила, остановившись. – Дай я отдышусь, - говорила, стоя вполоборота к нему, лицом к залу, держа руку у него на плече, и смотрела на Костю глазами, полными благодарной нежности.

Самостоятельно дойдя до стола, она села, сказав отцу, что уходит домой, и он вопросительно посмотрел на Константина, на что тот развёл руками, не зная, как ответить, а Вероника заявила, что, видимо, выпила лишнего. Позвали Веру из зала, и вскоре они покинули кафе.

Праздник близился к завершению, и Константин, потерявший к нему всякий интерес, торопил жену, настаивая на отъезде; та начала собираться, попросила мужа вызвать такси, на что оказавшийся рядом Николай предложил подвезти их до дома, поскольку его ожидала личная машина. Валентина с радостью согласилась, и мужу ничего другого не оставалось, как последовать за ней. Николай по дороге напомнил Константину о его обещании и предложил встретиться снова при случае, который они обязательно обговорят.

Держа слово, Константин провёл приехавшего в понедельник к ним в офис Николая в кабинет генерального директора и, познакомив их, предложил тому изложить свою просьбу, сам же, сославшись на занятость, ушёл; а чуть позднее начальник участка поставил его в известность о новом задании генерального.

Прошло несколько дней. Костя, и раньше не приходивший домой в одно и то же время,

теперь, чтоб избежать встречи с Вероникой, стал пользоваться служебной машиной, говоря, что его собственная нуждается в ремонте, или же просил друзей и знакомых