Шрифт:
Он наклонился и, сощурившись, стал внимательно рассматривать странную поверхность острова. Мертвая или увядающая растительность, мхи и лишайники, крошечные рачки и водоросли.
– Нет, это не геолки, Мадж. Гору гумуса, на которой мы сидим, может встряхнуть даже небольшое колебание воды.
Мадж указал на унылую стоячую воду вокруг.
– Да откуда ему взяться? Здесь только мы и гоним воду своим плотом.
В это время по острову прошла еще одна волна дрожи, значительно сильнее прежней. Джон-Том поднялся на ноги и сказал:
– Я думаю, нам надо убираться на плот. Очень осторожно и очень быстро.
Но Мадж уже опередил его мысль прыжка на три. Земля снова задрожала. Теперь она ходила ходуном, а Джон-Том где бегом, где кувырком летел к плоту.
Тем временем остров начал медленно подниматься из воды.
Глава 10
– Ну-ка, парень, пошевеливайся! – крикнул Мадж упавшему на четвереньки Джон-Тому и протянул ему лапу.
Джон-Том попытался встать, но поверхность под его ногами тряслась, как желе, когда то поднимается из воды. Он собрался с силами и прыгнул, приземлившись на бревна. Мадж неистово налегал на весла, пытаясь столкнуть плот в воду.
Слишком поздно. Вокруг образовалась суша, и они оказались поднятыми высоко в воздух вместе с плотом. Вода стекала с черного холма, пенясь там, где края острова уходили в болото. Мадж лежал плашмя, держась за лианы, скрепляющие бревна. Джон-Том схватился за весло. Их окружала странная растительность, покрывавшая поверхность острова даже в тех местах, где он был скрыт водой. Она напоминала остовы мертвых кактусов. Моллюски, улитки и другие обитатели мелководья пробирались к воде, так как дома их неожиданно оказались поднятыми в воздух.
Джон-Тому очень хотелось присоединиться к ним, но оставить плот со всеми припасами было нельзя.
Участок, за который они зацепились, наконец-то остановился, но впереди черная земля продолжала подниматься. Эта башня из грязи и болотной тины не переставала расти до тех пор, пока угрожающе не нависла над ними. С ее боков скатывались бесчисленные обитатели дна, обезумевшие рыбы и случайно налипшие растения.
Затем гора открыла дюжину, а может, и больше глаз и уставилась на маленькие существа, осевшие на ее склоне.
Отпустив лианы, Мадж закрыл лапами глаза и простонал:
– Проклятье!
Не выпуская весла, Джон-Том изумленно глазел на неожиданно возникшую гору болотной тины.
– Хо-хо-хо, – сказало это странное видение, продемонстрировав беззубый рот, достаточно большой, чтобы проглотить плот вместе со всем, что на нем было. – Что у нас за новости?! Гости!
Джон-Том попытался улыбнуться.
– Просто проплывали мимо.
– Вы меня оцарапали. – Голос был низким, грубым и тягучим.
– Очень жаль, мы не нарочно.
– О, все в порядке. Мне это даже нравится.
Гора ухмыльнулась.
Джон-Том отметил, что рот имел неограниченную ширину. Он то увеличивался, то сжимался, иногда переползая на другую сторону головы.
Подобное происходило и с глазами, которые из маленьких точек раздувались в пузыри размером с хороший автомобиль. Огромная распухшая масса закрыла небо и деревья.
– Я рад это слышать, – осторожно сказал Джон-Том.
– Ты милый, – ответила тина. – Другой. Мне нравится разнообразие. – Глаза оглядели болото вокруг. – Здесь совсем не происходит ничего нового. Всегда одно и то же. Я люблю разнообразие.
У Джон-Тома свело руки, он медленно ослабил хватку.
– Ты живешь здесь, в болоте?
Ему такой вопрос показался нормальным. Но ответ оказался совсем не таким, как он предполагал. Где-то в глубине раздался медленный булькающий смех. Он звучал, как отдаленный рокот барабанов.
– В некотором роде я и есть болото. Я… – И гора пробормотала что-то невнятное.
Джон-Том нахмурился.
– Простите, я не понял последнего слова.
Разумная биомасса повторила урчание, напоминающее извержение вулкана.
– Ты что-нибудь разобрал, Мадж?
– Либо у него несварение, либо его звать Брулюмпус. – Выдр уже набрался смелости и выглянул из-под сцепленных пальцев.
– Брулюмпус, – повторил Джон-Том.
Он продолжал смотреть болотной горе в глаза, что было совсем непросто, учитывая их постоянное перемещение туда-сюда по черной массе, подобно стеклянным шарикам в нефти. Тошнотворная картина. Юноша постарался думать о чем-нибудь еще.
– Это я… – И гора издала звук, подобный извержению вулкана.