– Теперь все встало на свои места, - Иван презрительно обвел взглядом все еще державшую на руках своего Мишу, мамашу. – Чего можно ожидать от сына такой мамаши! Воспитывать ребенка нужно, а не пиво пить на лавках! А то не успеешь оглянуться, как твой ммм… как сын в детской комнате милиции окажется. Тоже мне – родитель.

София стояла чуть в стороне и боялась пошевелиться или вставить слово в этот монолог. Она никогда в жизни не видела своего Ваню, в таком состоянии. Даже когда у него были проблемы на работе. Она не видела по-настоящему звериного взгляда за все годы их знакомства, да что там, она вообще никогда не видела своего мужа в разгневанном состоянии. Только сейчас она поняла, за что его ценят на работе – ТАКОЙ Ваня, может конкурировать с самым жестоким рецидивистом. А еще, лишний раз убедилась, что Бахтияра для него нечто священное, намного больше чем дочь.

– Что ты себе позволяешь? Ты что, придурок? – девушка реально не понимала, как можно быть таким зверем по отношению к маленькому ребенку и совершенно незнакомой девушке в своем лице.

– А ты мне не тыкай, я с тобой водку на брудершафт не пил. Лучше сына своего приучи к порядку! – Иван все никак не мог взять себя в руки, да и, собственно, не пытался этого сделать. – Очки приобрети! Он чуть не растоптал маленькую, беззащитную девочку! Смотреть нужно куда прешь! Так кто из нас придурок?!

Тут, Иван, как будто проснулся от собственных слов и в панике ринулся к Бахтияре. Девочка лишь испуганно хлопала длинными густыми ресницами и не понимала – почему это ее папочка так кричит?

– Лапушка моя, с тобой все в порядке? Тебя этот монстр не покалечил? – Иван придирчиво изучал все видимые части тела своей крошки. – А то ведь я его и в тюрьму посадить могу.

Это было последней каплей. Маленький Миша разразился невыносимым плачем, а его мама, крутя у виска указательным пальцем, поспешила удалиться.

– Господи, и как только земля носит таких придурков! Одним дети нафиг не нужны, - барышня расстроенно взглянула на сынишку, - а другие, похоже, свихнулись от любви к своим! Мишутка, не ори, мы сейчас идем на паровозике кататься. Ты ведь любишь быть машинистам?

Видно, блондинка не была такой уж плохой матерью, так как легко нашла чем отвлечь сына от страшных мыслей о тюрьме. Мама с сыном еще были в поле зрения, но плач ребенка сменил смех, от чего и Иван постепенно приходил в себя.

– Ваня, что на тебя нашло? – раскаменела, наконец, и София.

– Как что? Ты разве не видела, как на нашу дочь скатился этот ммм… этот…

– Ребенок? – решила помочь мужу София.

– Да, но…

– Что «но»? Что значит твое «но»? – София с каждой секундой все больше и больше окуналась в реальность, теперь пришла ее очередь показать свой гнев. – Ты вообще понимаешь, что это был всего на всего трехлетний малыш? Да с таким же успехом наша Бахтияра могла тоже на кого-то наехать! Это ведь дети, Иван! Боюсь даже представить, что бы ты сделал с пони, не дай Бог укуси он нашу дочку или напугай, не говоря уже о том, что лошадь может просто сбросить своего наездника. И я, похоже, начинаю понимать почему ты не разрешаешь Бахтияре заводить собаку – она ведь может ее съесть! – злобно закончила София.

Едва угасшие огни ярости в черных глазах, вновь вспыхнули, стоило только мозгу Ивана обработать каждое сказанное супругой слово.

– Да я!.. Да ты вообще соображаешь, что говоришь? Я бы надолго засадил за решетку владельца такого скакуна. И уж поверь, сделал бы все возможное, чтобы из него получились отменные котлеты! Из скакуна. А собака… Да! Собака это всего лишь глупое животное и никому не известно, что у них в головах творится. Да нам чуть ли не раз в неделю приходится разбираться с жалобой на взбесившегося Шарика или Цезаря и если бы ты меня слушала, когда я рассказываю тебе как прошел мой рабочий день, то знала бы это.

В это мгновение София совершенно не узнавала в стоящем напротив человеке того любящего мужа и отца, которым всегда был ее Иван. Перед ней стоял незнакомец, который готов был пересадить за решетку весь свет, только бы уберечь от него свою Бахтияру. Котлеты из пони – что может быть «прекраснее»?

– Господи, бедная моя девочка. Что же будет с твоим папой, когда ты повзрослеешь и обзаведешься парой-тройкой мальчиков? Люди ведь намного ужаснее любого зверя. А не дай Бог не разделенная любовь… или чего доброго измена… – Софья заботливо взяла малышку на руки, но тут-же лишилась ее.

– До мальчиков еще как раку до неба! – прижимая к своей сильной мужской груди продолжал выходить из себя Иван. – София, не беси меня. Наша малышка едва научилась ходить и разговаривать, а ты уже о ее женихах печешься. Поверь, я постараюсь подыскать ей самого достойного. Хотя, вряд ли найдутся достойные нашей Бахтияры.

– Ваня, ну ты уж совсем сдвинулся. А как же любовь?

– Какая любовь?!

– Ну, хотя бы такая, как у нас?

– У нас – это другое.

Софье в этот момент хотелось просто оглохнуть, чтоб не слышать откровенной глупости своего мужа. Но она лишь рассмеялась, надеясь разрядить обстановку.