Я схватилась за руку мага, потому что в жизни не видела ничего омерзительней. Большие и мускулистые. Голая лоснящаяся кожа. Длинные когти, крючковатый клюв, глаза с вертикальными зрачками. Из одежды только набедренные повязки, а в руках черные копья с крюками. Маг, однако, никак не прореагировал на этих существа, выдернул свою руку, и сделал жест. Дверь медленно открылась, показывая свою здоровенную толщину. В такой три меня поместиться. А вот тут коридоры изменились. Освещение здесь было отличным, чистые мраморные полы, белые стены. И коридор здесь был просторней.

— Тебе нужно переодеть, накормить и развлечь ребенка, — сказал начальник или кто он там. — Если будут странности, ты должна будешь сообщить мне, как я приду.

— А что за странности? — не поняла я. К какому ребенку меня ведут? Он больной?

— На нём лежит проклятие. Можешь не бояться, оно не опасно для окружающих. Более того, передаться как-то или повредить кому-то кроме ребенка оно не может. Тем более, что твой магический потенциал слабый, а проклятие переходит лишь на самых сильных и самых одаренных, лишая тех магии. Человек, всегда оперировавшими магическими потоками вдруг лишается магии. Навсегда. Всей. Он может иногда видеть магическим зрением, и то, очень редко. Но он не чувствует магии вообще. А потом человек медленно сходит с ума, его мысли путаются, становиться бессмысленными, непонятными. Он ведет себя как сумасшедший, выдвигает разные теории, пытается вернуть магию, но это невозможно. И средства избавления от этого проклятие нет.

Меня передёрнуло. Каково это, лишиться магии навсегда? Каково не ощущать её, никогда не пользоваться? Пожалуй, в этот момент я впервые возрадовалась, что у меня средний потенциал, и пусть Вениамин Дмитриевич думает, что хочет.

Мы прошли по коридору к самой дальней двери, коих здесь было мало, но все они были мощные, железные.

— Я скоро приду.

И он, развернувшись, направился обратно. А я что? А я, с большим трудом приоткрыла дверь и вошла.

Это была обычная комната, с парой столов, тумбочкой и шкафом. Здесь была детская кроватка, у которой стоял кто-то. Я не смогла разглядеть ничего, все как будто смазано. Я осторожно стала подходить. Рядом с кроваткой стоял стол, на котором лежали пеленки, использованная пачка детского питания, открытая пачка подгузников, детская присыпка и другие детали, необходимые для ухода за ребенком.

А в кроватке сидел маленький мальчик, и сосредоточенно соединял детали большого детского конструктора. Смазанная тень опустилась к нему и подала ещё один кусочек конструктора. На меня тень не обращала никакого внимания.

Я стояла рядом с кроваткой в растерянности и пыталась понять, что здесь происходит и что это за тень. И зачем мне следить за ребенком, если за ним уже следят. Что вообще здесь происходит и чей это ребенок?

Тень чуть наклонилась и легонько провела рукой по голове мальчика. Тот поднял голову и радостно улыбнулся, причем не мне, а тени.

Грохот в коридоре заставил меня вздрогнуть, а мальчика заплакать. Неразличимый некто тут же принялся развлекать малыша, и ей не мешала даже стенка кроватки, через которую она просто проходила.

Видя, что ребенок тут же успокаивается, я развернулась и бросилась к двери узнать, что там происходит. Тяжелая дверь не хотела поддаваться. Я давила на неё всем своим сорока восьми килограммовым весом, но результата не получала никакого. И тут дверь легко открылась. Я испугалась, что это был Вениамин Дмитриевич пришел проверить. Но я ничего не успела сделать.

Что-то липкое и ластообразное мелькнуло перед лицом, и меня вытащили из помещения.

— Помогите! Убивают!

Я орала, что есть сил, пока мне рот не заткнула липкая, пахнущая подземельем лапа и меня стали утаскивать в дыру в стене. Да-да, в громадную дыру в стене, открывающую путь в те самые туннели, в которых нас с Мелитрисой держали год назад. Я в ужасе забилась, попыталась сплести заклинание, но магии не было. Меня словно камень держал, большой и не подвижный. Я пыталась царапаться, пинаться и даже кусаться. Я не хочу! Не хочу снова в эти затхлые туннели! Не хочу сидеть в холоде, где светом служат лишь какие-то грибы на стенах. Не хочу снова сидеть за решеткой, ожидая, встретиться со стражами портала в Запределье или Майндраг, куда он там ведет.

Меня резко вздернули и повернули к себе лицом. Я замерла.

Топазовые глаза с вертикальными зрачками, лоснящаяся кожа, широкая пасть. Я была в руках стража. Я зажмурилась от страха. Меня перекинули через плечо и стали утаскивать вглубь туннелей, все быстрее и быстрее. Туда, где меня уже никто не сможет найти.

Я просто сжалась в комок и ожидала, что произойдет дальше. Что со мной будет? Было очень, очень страшно. Я боялась издать хоть какой-нибудь звук, что бы только не раздразнить своего похитителя.

Почему-то в этот момент, когда мне стоит бояться, когда стоит думать о том, как остаться в живых в руках стража порталов, в мою голову пришла мысль. В прошлом нас с Мелитрисой похитили Братья тьмы, и мы бежали от них по этим туннелям. Стражи там были, но нас почему-то не тронули. Теперь же, меня похищают стажи, а для чего, так и остается загадкой. Эльвира говорила, что они только охраняют порталы и никого к ним не подпускают. Тогда как я вообще оказалась рядом с порталами? Моя наставница Алмазный маг, и я с ней работаю где-то в лаборатории, далеко от Дальнего Моста. Что же происходит?