Малкольм беспокойно отошел от окна и сел в кресло. Сказал:

– Это не убедило бы полицию.

Я согласился.

– Тебя тоже. Ты должен был увидеть все своими глазами. – Я замолк, вспомнив, что он увидел на самом деле. Его дочь приехала, чтобы взорвать кухню, а не искать там клочок бумаги.

Малкольм неожиданно сказал:

– Но у тебя же не было никаких доказательств! То есть ты ведь не был уверен, что это она? Никаких реальных доказательств?

– Не было. Ничего такого, к чему прислушались бы в суде. Кроме того, что я понял: это Сирена нанимала тогда Нормана Веста выслеживать тебя, а не Алисия, как он решил.

Малкольм удивился.

– С чего ты взял?

– Алисия решительно отрицала, что нанимала Веста. И я, и Вест решили, что она лжет, но теперь я думаю, что она говорила правду. Ты помнишь пленку из моего автоответчика? Помнишь голос Сирены? «Мамочка хочет знать, где папочка. Я сказала, что ты не знаешь, но она настояла, чтобы я спросила». Вот что она тогда сказала. Алисия же уверяла меня, что совсем тебя не искала. А если Алисия говорит правду, значит, это Сирена хотела знать, где ты – потому что потеряла нас из виду после того, как у нее не получилось сбить тебя машиной. Она потеряла наш след, потому что мы сразу же уехали в Лондон в «Роллс-Ройсе».

– Боже мой! А что случилось с кассетой? Я думал, она осталась где-то под развалинами.

– Нет, она в коробке в гараже Квантума. Кое-что уцелело. Кстати, там несколько твоих любимых расчесок с золотыми ручками.

Малкольм не стал об этом задумываться, хотя я видел, что он обрадовался.

– Я думаю, по телефону Сирену вполне можно было принять за Алисию. Я сам не раз ошибался, думал, что это Алисия, когда она звонила. Такой же звонкий девичий голос, ты помнишь. И Норман Вест просто ошибся.

– Вест говорил, она назвалась «миссис Пемброк», только чтобы сбить его с толку. А может, она сказала «мисс», а Вест недослышал.

– Теперь это уже неважно. – Малкольм немного помолчал. – Вчера был кошмарный день. Но все к лучшему. У нас были крупные неприятности, и теперь мы от них избавились. Сирена родилась не для того, чтобы сидеть за решеткой… С ее энергией… с любовью к красивой одежде…

В воскресенье с самого утра мы стали обзванивать семейство, чтобы рассказать, что случилось. Я думал, Джойси уже всем сообщила, но ошибся. Они говорили, что Джойси звонила им только позавчера.

Одни молчали потрясенные услышанным, другие начинали безудержно рыдать…

Малкольм первым делом сообщил Алисии и спросил, хочет ли она, чтобы он приехал и побыл с ней. Когда она смогла говорить, то ответила «нет». И стала повторять, что это не Сирена убила Мойру, это Ян. Вообще, во всем виноват Ян. Малкольм медленно опустил трубку, так и не дослушав. Закрыл лицо руками и пересказал мне разговор.

Потом сказал в оправдание Алисии:

– Очень тяжело признать, что ты родила убийцу.

– Она помогла Сирене стать убийцей, – сказал я.

Я позвонил своим четверым братьям и Люси. Последней Малкольм сообщил Вивьен.

Они все спрашивали, где мы сейчас: Джойси сказала, что мы в Австралии. Мы отвечали только «в Лондоне», ничего больше не объясняя. Малкольм не хотел, чтобы они налетели на него, пока он не подготовится. Под конец я валился с ног от усталости, а Малкольм прикончил половину бутылки шотландского виски. И задолго до полуночи мы улеглись спать.

Утром в понедельник мы приехали в Квантум, как и обещали полиции. Господин Смит копался в развалинах, как и пару недель назад.

Все останки Сирены тщательно убрали, и единственное, что о ней напоминало, – разорванные куски черного пластика вокруг места взрыва.

Господин Смит сдержанно пожал нам руки и после нескольких приличествующих случаю соболезнований начал излагать свое мнение о случившемся.

– Только сумасшедший мог додуматься перевозить с места на место полностью собранный взрывной заряд! Нельзя присоединять батареи к пусковому механизму, пока заряд не установлен в нужном месте. Я бы на ее месте не стал вставлять туда и детонатор. Их нужно держать отдельно.

– Вряд ли она рассчитывала, что уронит коробку, – сказал я.

– Конечно, ей еще и не повезло, – рассудительно сказал эксперт по взрывчатке. – Но такое вполне возможно, и я сам ни за что не стал бы так рисковать. Нельзя же рассчитывать на то, что НАМР с присоединенным детонатором при падении почему-то не взорвется. Хотя, возможно, взрыв произошел из-за того, что замкнуло контакт на часовом механизме, когда она уронила коробку.

– Вы нашли часы? – спросил я.

– Кое-какие части, – сказал он и вернулся к своим раскопкам.